Я встала, с трудом удерживая равновесие, и начала искать свою юбку и блузку. Хоть я могла вернуться в Дом Земли с небольшим опозданием, долго оставаться здесь было опасно. Вчерашний огонь и маска на моём лице создавали ореол таинственности в темноте, но теперь, при ярком свете дня, я, вся покрытая росой и потом, скорее всего, выглядела просто человеком.

Я бросила последний взгляд на Друстана, прежде чем поспешно удалиться.

Когда я спустилась обратно в тесные коридоры Мистей, мой разум стал проясняться, а пелена сна и вина постепенно рассеялась.

Я переспала с Друстаном.

Друстаном, Принцем Огня. Одним из пяти самых могущественных фейри в королевстве. Я позволила ему войти в моё тело, почти не обменявшись с ним словами. Я стонала, царапала его и теряла рассудок от страсти.

Щёки вспыхнули от воспоминания. Будет ли он судить меня за это?

Я подавила стыдливые мысли. Судила ли я его за то, что он сделал? Нет. Он отбросил все свои ограничения, и это было прекрасно. Единственная причина, по которой я сомневалась в себе, заключалась в том, что я мыслила по-человечески, вспоминая сухие, осуждающие проповеди Старейшин, вместо того чтобы довериться своим инстинктам.

Нож, вплетённый в мои волосы, мягко пошевелился, предупреждая о приближении кого-то постороннего. К счастью, рядом оказалась дверь в туннели, и я скользнула внутрь.

Моё тело ныло от непривычного состояния, пока я спускалась по узкой каменной лестнице.

Я больше не была девственницей.

Но это осознание не казалось таким значимым, как я ожидала. Моя невинность имела бы значение, если бы я когда-нибудь хотела выйти замуж за человека из своей деревни. Здесь же она была бесполезна. Да и замуж я никогда особенно не хотела — человеческие мужчины всегда казались мне… скучными. Ограниченными и мелочными.

Я вспомнила горячие руки Друстана, огонь, пробегавший по его коже, пряный вкус его языка.

Я не жалела.

Но я всё же нервничала при мысли о том, чтобы снова встретиться с ним. Меня смущало, как я царапала и кусала его, словно дикое животное, хотя он, похоже, был не против. Позже, ночью, когда мы соединились снова, он даже запрокинул голову в экстазе. На его плече остался тёмный след от моих зубов. С его способностью к исцелению он быстро исчез, но тогда я почувствовала себя дикой, первобытной и… собственницей. Этот укус словно говорил: «Ты мой».

Но он не был моим. Возможно, в тот момент, когда нас окружал круг огня и ночь была посвящена чистому наслаждению, но не в реальной жизни. Он — принц, а я — служанка. Он — Благородный Фейри, а я — человек. У него была сила, у меня — нет.

Ах, но если бы она у меня была…

В своей комнате я переоделась в ночную рубашку, смыла макияж и, с трудом распутав волосы, прочёсывала их гребнем. Локоны спутались после долгих часов, в которые Друстан хватался за них.

Из соседней комнаты донеслись звуки.

Я тихо постучала в дверь Лары.

— Входи. –

Она лежала на постели в ночной рубашке, с блаженной улыбкой глядя в потолок. Я ахнула, заметив синяки, усеявшие её кожу. Левый глаз почти полностью заплыл.

Я бросилась к её постели.

— Что случилось? Я принесу компресс.

Она отмахнулась от моих рук.

— Всё в порядке. — Её голос звучал так счастливо и расслабленно, как я ещё никогда не слышала. — Ты повеселилась? Я потеряла тебя из виду.

Она не знала, что я провела ночь с Друстаном. За это я благодарила звезды.

— Да, — ответила я, стараясь сохранить невозмутимость. — Я танцевала и пила до самого рассвета. А ты?

Она потянулась, но поморщилась от боли.

— Это было невероятно. Я дралась, пила, кричала… целовала столько людей, а потом каждого из них била. — Она рассмеялась. — Они били меня в ответ, но я всегда побеждала.

— Это не похоже на веселье, — сказала я, разглядывая её синяки. — Может, отомстим тем, кто причинил тебе боль?

Это была та фраза, которую я сказала бы Ане, если бы кто-то был к ней жесток, но тогда моя месть ограничилась бы невинной шалостью или каким-нибудь публичным унижением. Теперь же я поймала себя на мысли, что думаю о настоящем насилии. Это жизнь среди фейри так изменила меня? Или эта жестокость всегда жила во мне?

— Нет. — Она с трудом приподнялась на подушках. — Это было то, чего я хотела. И то, чего хотели они. Кенна, я никогда в жизни не чувствовала себя такой сильной. Прошлой ночью я могла всё.

Она сияла от радости, и я осторожно улыбнулась в ответ.

— Огонь велел тебе драться? Ты говорила, что он сказал быть сильной.

Её глаза стали мечтательными и отстранёнными.

— Это было странно. Время будто остановилось, пока я прыгала, а потом что-то — может, Осколок Огня, кто знает — спросило, чего я хочу. И ответ появился сам собой. Мне надоело быть слабой. Тогда он велел мне быть сильной и брать то, что я хочу.