Тогда действуй.

Угли вновь закружились в воздухе, и я с лёгкостью приземлилась на другой стороне, ступая босыми ногами по мягкой траве. Радость нахлынула на меня, и я рассмеялась, дико и свободно, под восторженные крики толпы.

И тогда я увидела его.

Там, у костра, в черной кожаной одежде и рубашке, расстегнутой до пупка, обнажающей каждую линию мышц, стоял Друстан. Он застыл, заметив меня. Его глаза, сверкавшие ярче серебряных монет, сияли из-под ониксовой маски.

Мои ноги сами понесли меня к нему. Его рот приоткрылся, взгляд скользил по моему телу, запоминая каждый дюйм обнаженной кожи.

Не колеблясь, я обхватила его лицо руками, приподнялась на носки и поцеловала.

Его руки сомкнулись вокруг меня, словно капкан. Моя грудь прижалась к его, соски затвердели под тканью. Я застонала и прижалась к нему крепче, втягивая его язык глубже в свой рот.

— Кенна, — выдохнул он.

Он поднял меня, не отрывая губ, а я обвила его талию ногами, забыв обо всем на свете, не заботясь о том, что мое тело обнажено перед всеми. Он шагал прочь от веселья, страстно целуя меня, одной рукой поддерживая мои бедра, другой впиваясь пальцами в распущенные волосы.

Мы спускались с холма, пока гул барабанов не растворился в отдалении, пока вокруг не стихли стоны. Наконец он опустился на колени, а мое тело осталось сплетено с его. Моя спина встретилась с травой, и я выгнулась, касаясь своей пылающей промежностью о его бедра, пока его руки не опустились по обе стороны от моей головы. Он прижался ко мне бедрами, ловя мой вскрик в свои губы, пока меня пронизывали волны наслаждения.

Он отстранился, чтобы впиться зубами в чувствительную кожу на стыке шеи и плеча, чуть ниже моего золотого ошейника. Я вздрогнула, не в силах сдержаться.

— Маленькая обманщица, — прошептал он с укором.

Я застонала:

— Я ничего не знала про испытание. Может, объявление будет позже этой ночью.

Его рука скользнула по золотым цепочкам и задержалась на моей груди.

— А тебя волнует это испытание? — Он нежно сжал сосок сквозь ткань.

— Нет, — я извивалась, жаждая повторения, желая, чтобы он сделал это сильнее. — Еще…

Он рассмеялся и переключился на другую грудь, ущипнув сосок так, что я вскрикнула и прижалась к нему еще сильнее.

— Вот и хорошо.

Вокруг нас взметнулась стена огня. Я вздрогнула, но пламя оказалось странно мягким, его тепло не жгло и не распространялось. Я поняла, что это был его подарок — защита, создающая безопасное пространство, где мы могли быть свободными и необузданными.

— Позволь мне это, — обратилась я к кинжалу в своих волосах с последней разумной мыслью. Он не ответил, но я знала, что он не станет пить кровь этой ночью, даже если Друстан случайно коснется его. Сегодня во мне пульсировала чистая магия фейри, смешиваясь с моим желанием, и это было естественно, правильно.

Мои руки метались по телу Друстана, рвали его рубашку, жаждая прикоснуться к горячей коже.

— Кенна! — Он выругался, пока я разрывала ткань на куски. Закончив, он отбросил остатки одежды и протянул руку к моему ошейнику. Его пальцы ловко открыли застежку, и вскоре ошейник упал с моей шеи. Следом исчезли топ, юбка и последний кусочек ткани.

Он откинулся назад, глядя на меня. Я должна была чувствовать смущение, но вместо этого я раскинула руки над головой и выгнулась, словно предлагая ему свою грудь.

Он резко вдохнул, затем наклонился и взял сосок в рот.

Я сжала его волосы, теряясь в круговерти огня, звезд и наслаждения.

— Чего ты хотел? — спросила я, когда его губы скользнули к другой груди. — Что показало тебе пламя?

Он укусил, и мое тело сжалось в ответ. — Силу нарушать все правила, — пробормотал он на моей коже. — Иметь все, что я хочу, без ограничений.

Затем его губы скользнули от моей груди к пупку. Одна из его рук начала подниматься от моего колена, медленно приближаясь к тому месту, где у меня все горело.

— О, пожалуйста, — задыхалась я, когда его дразнящий язык поднялся выше, а его пальцы ласкали бедра. — Пожалуйста, прикоснись ко мне.

Никто никогда не касался меня там, кроме меня самой. Я знала, что он обнаружит — я была мокрой, мокрее, чем когда-либо в своей жизни.

Его пальцы наконец достигли моей киски. Я подавила крик, в блаженстве закрыв глаза, пока эти горячие пальцы играли со мной. Когда они поднялись к клитору, я застонала.

Он вырисовывал маленькие, неумолимые круги, пока я не начала извиваться под ним. Мои руки впились в его волосы, дергая его, умоляя дать мне то, что мне нужно. — Пожалуйста.