"Ты умудрилась разругаться с мужем?" — прошипел отец и разорвал связь, не дожидаясь ответа.

Не успела я убрать руку с камня, как он снова дрогнул. Словно договорившись о времени с отцом, меня "звала" Саманта.

"Сэмми! Почему не отвечала? Ты в порядке?"

"Да, Лери, у меня все хорошо! Мы едем к тебе!"

"Кто мы?" — почему-то это первое, что пришло в голову.

"Я и Зак, Лери. Теперь все будет хорошо, сестрёнка!"

"Саманта", — медленно начала я. В голове все перемешалось — вчерашний разговор, жуткий сон, вызов отца, слова сестры. — "О чем ты говоришь?"

"Я люблю тебя, сестрёнка. И никому не дам в обиду. Даже Клэйтону".

"Что вы затеяли?" — теряя терпение, воскликнула я. Ничуть не сомневаясь, что жених Саманты приложил к этому руку.

"Всего лишь спасти тебя".

И Сэмми прервала связь. Я схватила свой пенал с прикроватного столика и сжала камень сестры, но после нескольких бесплодных попыток достучаться до нее, сдалась и откинулась на подушки. Голова была тяжёлой и пустой. Несколько минут я лежала, бездумно наблюдая за стрелкой часов. Потом нашла в себе силы и вызвала Агату.

— Где мой муж, Агата? Я хотела бы с ним позавтракать.

— Миледи, — Агата замешкалась. — Милорд уехал. Рано утром, в сопровождении нескольких гвардейцев. Никто не знает куда.

Тянущее чувство беспокойства стало ещё сильнее. Хотя и так уже казалось, что в груди вместо сердца — одна черная воронка, вытягивающая силы. Ещё пару дней назад все было хорошо, а сейчас моя жизнь словно рассыпалась в руках мелким песком.

Клэйтон вернулся поздно вечером, но ко мне так и не зашёл. Я узнала о его возвращении от Ирмы и с усилием улыбнулась, делая вид, что все в порядке. Ничего не было в порядке. И ждать, пока все станет ещё хуже я не стала. Легко ушла в глубокие слои теней и появилась сразу в кабинете мужа.

Клэйтон сидел в моем любимом кресле. Уставший, бледный и неестественно спокойный. Мое внезапное появление не заставило его даже вздрогнуть. Герцог нашел в себе силы встать и поприветствовать меня, а потом снова опустился в кресло.

— Что случилось, Клэй? — выдохнула я. Кажется я ошиблась, и ночью муж не спал. Отдохнувшие люди не выглядят такими изможденными.

— Я подготовил бумаги, — сказал Клэй. На меня он не смотрел. Прикрыл глаза, словно мой вид причинял ему дискомфорт.

— Какие бумаги?

— Валери, пожалуйста, иди к себе. Скоро все закончится.

— Поговори со мной, Клэй!

Герцог открыл глаза, окинул меня взглядом, в котором читалась болезненное недоумение. И неожиданно жёстко сказал:

— Я все сделал так, как ты хотела, Валери. Сделай и ты так, как прошу я — иди к себе.

Я только ахнула и отступила. Даже не подозревала, что Клэйтон может быть таким холодным и безразличным. И таким жестоким.

Следующая ночь облегчения не принесла. Мое желание поговорить с мужем разбилось о ледяную стену отчуждения. И сил на новую попытку у меня не нашлось. День прошел как в тумане. Клэйтон снова уехал. Исчез рано утром, чтобы вечером вернуться вместе с гостями.

И только тогда я узнала, о каких бумагах шла речь.

Отрывок из мыслесообщения:

Иоанн: Вижу все идёт как надо. Запрос на срочную помолвку у меня на столе.

Захарий: Вы же не будете ее одобрять?

Иоанн: Отчего же? Это будет любопытно. Разрешение уже подписано. Невеста в пути.

Захарий: (растерянно) Но, дядя…

Иоанн: Возможно, теперь мой наследник станет более покладистым.

Одевали меня впятером. Вряд ли такое количество помощниц способствовало процессу — скорее наоборот, но я безропотно терпела. Саманта не назвала точное время прибытия и даже не упомянула, что король выделил им с герцогом Лотье целую свиту. Поэтому обычное домашнее платье для встречи гостей не годилось, и мои горничные срочно упаковывали меня в очередной серебристо-синий шедевр

портняжного искусства. Мелькнула мысль, что при таком ограниченном количестве цветов — только синий и серебристый — все что остаётся — это изощряться с фасоном. Потом я подумала о том, во что будет одет муж, и будет ли наша одежда гармонировать также, как во время визита короля.

И рассердилась на себя за глупые мысли. Муж со мной не разговаривает несколько дней, избегает даже случайных взглядов. Вызвал отца и подготовил какие-то бумаги. А я, как дурочка, думаю о том, какого цвета будет его камзол.

Наконец, Агата закончила с волосами, а Инга с полировкой ноготков.

— Ваши руки, — бывшая соседка смотрела на меня с явной жалостью. — Миледи, они ледяные! Может найти перчатки?

Я покачала головой. Перчатки меня не спасут. Холод шел из груди и вымораживал даже улыбку.

Гости уже собрались. Господин Дункан прислал одного из своих подопечных ещё пятнадцать минут назад.

— Милорд встречает гостей в рыцарской башне, ваша светлость, — передал тот, — ждут только вас.

"Клэйтон не придет за мной, и мне придется проделать путь до зала самостоятельно".