Том не перебивал, не удивлялся, не закатывал глаза, не пытался сказать, что я несу бред.

Просто слушал, изредка кивал, иногда бросая короткий взгляд в окно, будто давал мне договорить до конца, прежде чем сделает выводы.

Когда всё закончилось, в комнате повисла тишина.

Я провёл рукой по лицу, выдохнул, наконец поднял глаза на него.

Том продолжал смотреть на меня, кружка с кофе осталась в его руке, но он даже не делал глотка.

Секунда. Две.

Наконец, он заговорил.

— Ты понимаешь, как это звучит?

Взглянул прямо, без намёка на насмешку или сомнение, просто констатация факта.

Я ничего не ответил, только провёл ладонями по лицу, сжав виски.

— Слушай… — Том вздохнул, провёл языком по зубам, потерев шею. — Допустим, ты теряешь память. Бывает. Стресс, перегруз, алкоголь, всё, что угодно.

Пауза.

— Но, чёрт возьми, Алекс… видеть убийства, которые ты не совершал?

Глаза быстро пробежались по моему лицу, как будто он искал что-то в выражении, в реакции.

— Если это не ты, то кто?

Словно хотел, чтобы я сам дал себе ответ.

— А если всё-таки ты?

Говорил спокойно, без нажима, но от этого слова весили больше.

Я не сразу ответил.

— Я бы помнил, Том.

— Был бы уверен в этом?

— Чёрт, Том, я был в другом городе, когда всё это началось!

Тот даже не дёрнулся, просто продолжал смотреть внимательно, выжидающе.

— Первое убийство случилось месяц назад! — Голос стал резче, громче, гнев вспыхнул, но не на Тома — на саму эту чёртову ситуацию.

Поднялся из-за стола, развел руками, чувствуя, как всё внутри закипает.

— Я не мог этого сделать! Даже если бы потерял память, даже если бы, чёрт возьми, пил неделями — я не мог убить того, кого не было рядом со мной!

Том медленно наклонил голову, наблюдая за мной холодным, уравновешенным взглядом.

— Ты уверен?

Замер.

Злость ещё кипела.

— УВЕРЕН!

Внутри всё ещё бушевала злость, всё смешалось — страх, ярость, усталость.

— Я видел Макса.

Том не шелохнулся, только едва заметно нахмурился, но не перебил.

— В сарае.

Голос сухой, отрывистый, будто слова приходилось вытаскивать из себя с силой.

— Не живого. Не пропавшего.

Закрыл рот руками.

— Мёртвого.

Том наконец пошевелился, поднял брови, но ничего не сказал.

— Он не исчез, Том. Он умер.

Слова вылетели, как лезвие, вспарывая всю логику, всё, во что я верил до этого.

Том пару секунд просто смотрел, потом медленно выдохнул, наклонился ближе.

— Ты это вспомнил? Или увидел?

Пульс громко отдавался в ушах.

— Какая, нахрен, разница?!

Голос сорвался, хрипло отдался в комнате.

Том не отреагировал на вспышку, просто наклонил голову чуть в сторону, внимательно наблюдая.

— Разница есть.

Я тяжело выдохнул, провёл руками по лицу, упёрся локтями в стол.

— Я не знаю, Том.

Сказал тихо, но в этих словах был весь чёртов ужас этой ситуации.

— Но если я прав… значит, всё, что я знал о своей жизни — ложь.

Том спокойно отставил кружку, скрестил руки на столе и посмотрел прямо.

Глаза спокойные, но твёрдые, голос ровный, без напряжения.

— Тогда мы оба сошли с ума.

Я моргнул, нахмурился, но он не дал мне заговорить.

— Потому что я точно знаю, что Макс пропал.

Голос не дрогнул, не смягчился, но в нём не было ни осуждения, ни сомнения.

Просто факт.

— Если у тебя проблемы с головой, то у меня их точно нет.

Сказал это ровно, спокойно, но именно это ударило сильнее всего.

— Ты пытаешься придать смысл тому, чего не было.

Пауза.

— Макс не умирал, Алекс.

Том продолжал смотреть прямо, не отводя взгляда.

— Не придумывай того, чего нет.

Резко встал со стула, стянув руки на голову, сжал пальцы в волосах, пытаясь хоть как-то остановить поток мыслей, которые не давали дышать.

— Ну, тогда я просто схожу с ума.

Откинул руки, посмотрел на Тома.

— Или мне, блядь, книжки писать, с такими фантазиями?!

Язвительный тон не скрывал напряжения, но Том даже не дёрнулся.