— Красная? — удивлённо, но с капелькой надменности он поднял взгляд, флиртующей улыбкой смотря на девушку. — Неужто наша Лея Хейсмон может смущаться?

— Что вы тут делали, бесстыдники?

— Пили кофе.

— С афродизиаком?

— Он мне не требуется.

— Говорить будешь?

А говорить ему было нечего. Всего лишь неловкая беседа.

— Комплимент ей сказал, а она уже раскраснелась.

— И все? На тебя это не похоже, — Моника явно о чем-то думала, только в голове были странные мысли.

— Да ладно тебе, — отмахивался Питчер, играючи смотря на прищуренные глаза подруги. Он был уверен, что она уже слишком много подумала, и даже то, что он мог влюбиться в неё. Но кому, как не Монике, знать, что это бесполезно. Бесполезно даже думать о таком. — Мы всего лишь пообщались. Она… милая.

— Милая? Питчер, ты о чем думаешь?

— О сне, Моника, о сне.

— Ну, раз так, то пойду атакую Черуче, спрошу, чего это он ждёт эту милую особу после работы.

— Черуче? — возбужденно спросил он. — Эдвард? Копирайтинг?

— Ага, — бросила Моника. — Бывай.

— Подожди. Мне… э-э… — поднялся с места, подошёл к подруге, избегая взгляда, — нужно там… пару дел, в общем.

— Прямо сейчас? — слишком эмоционально переспросила Моника. — Надо же, какое совпадение, мой дорогой.

— Не разговаривай много, пожалуйста.

Моника вышагивала, все еще посмеиваясь с реакции Джексона, который никак не мог оправдать свой эмоциональный порыв увидеть все своими глазами. Может, Моника соврала, чтобы посмотреть на него со стороны? Джексон хотел бы в это поверить, пока не увидел все своими глазами.

Эдвард Черуче, известный своим прозвищем «модер», ждал кого-то на этаже, а когда из-за угла показалась улыбающаяся Лея, сердце будто медленно скатилось прямо в ноги непонятно почему. Не была ясна и причина резкой злости, охватившей все его тело, пока он смотрел на убывающую… пару.

Не прокомментировав, он ушел в кабинет.

…

— Что у нас готово по открытию?

Маленькая планерка в десять утра не радовала никого. По системе работы мистера Пичтера планерка должна быть строго в десять, чтобы за час до неё были собраны все отчеты, которые потребуются. Лея сидела молча позади Эдди, даже не влезая со своими вопросами. Было не так много людей. Из тех, кого знала Лея, была Моника, Эдди и Питчер. Остальных двух девушек она видела впервые.

— Почти все, мистер Питчер. Мы связались с флористами, они подготовили букеты, которые вы просили. Объект почти полностью подготовлен. Конкретнее: украшение зала для отдыхающих будет через две недели четко как и планировалось.

— Хорошо. Мой главный вопрос. Кто на следующей неделе едет к детям?

— Мистер Питчер, — Момо обратилась к нему, сидя по правую руку. — Я могу внести предложение?

— Прошу.

— Хочу отметить, что работа проделана не маленькая. Рекламная кампания в процентном соотношении приносит нам доход, а это не может не радовать. Я со своей командой сделала упор на дизайнерские составляющие, маркетологи сделали свою работу, копирайтеры подобрали замечательный текст. Остался последний штрих. Да, — кивнув ничего не понимающим сотрудникам, — это все была подводка к моему предложению. Для полноты эффекта вы, мистер Питчер, лично должны поехать и пригласить детей на мероприятие.

— Обычно этим занимается представитель, — твёрдо ответил он. — И в этот раз это должен был быть кто-то из присутствующих здесь.

— Мистер Питчер, если поедете вы, рекламная кампания вырастет в процентом соотношении. Вы же должны понимать, что за каждой вашей манипуляцией сейчас следят все СМИ. Как я сделала подводку к моему предложению, так и вы должны сделать подводку к благотворительному вечеру. Вы — лицо компании.

Доводы Моники были весьма верными, только Лею по-прежнему злила мысль про скрытый смысл всего этого вечера. Она и не скрывала своего отношения, лишь молча сидела, сделав вид, что ей совершенно нет никакого дела до этого.

— Мисс Хейсмон? А вы что думаете?

— Я?

Не такое большое количество глаз моментально кинулось в ее сторону. Питчер как будто знал, о чем она сейчас думает. На его лице красовалась неоднозначная улыбка и пьянящий взгляд, вонзившийся прямо в неё. Голова соображала медленно, складывая один плюс один.

— Я… не особо сильна в рекламных кампаниях. Но единственное, что я могу сказать… Вы должны детям показать, что они могут вам доверять. А это ни за какую рекламную кампанию не купишь. Дети чувствуют хорошего человека, они и будут идти ему навстречу. А если смотреть со стороны… выгоды, — выдавила из себя Лея, — то мисс Эффир права: вы представляете ваш огромный проект. Нужно показать его масштаб тем, что на мероприятие к детям едет официальный представитель компании.

— Хорошо, поездка на следующей неделе. Мисс Хейсмон, с вас работа с копирайтерами, подготовьте небольшой доклад для учителей и пару там… чего-то детского, в общем, — бросив рукой куда-то в сторону, он повернулся к Монике, увидев ее мимолётную улыбку. — И да. На мероприятие вы едете со мной.

Все присутствующие не могли связать одно со вторым. Как мисс Хейсмон может ехать и зачем ей там быть? Обычно с ним ездит Моника, но она единственная, кто улыбнулся такому решению мистера Питчера. Не сказать, что его сильно интересовало мнение всех присутствующих: перед ним была сейчас лишь она, явна смущённая тем, что все головы переговаривались между собой и всячески поворачиваясь, дав понять, что они сделали свои выводы.