Лея опустила глаза на колени. Она не понимала, почему рядом с ним у неё состояние-нестояние. Было в его кабинете что-то такое волнующее, из-за чего хотелось остаться здесь подольше.

— Что решила? — сменил тему Джексон.

— Вы же понимаете, что я даже под мнимым выбором поеду? Это моя работа.

Незаметно для Леи, Питчер погрустнел и стал будто куда злее, чем до этого.

— Насильно и через силу ехать со мной не нужно. Если тебя так тяготит моя компания или возможность реализации области, в которой ты хотя бы что-то знаешь и как-то можешь помочь, то милости прошу на увольнение, — резко, без аккорда с доброй нотой, выдвинул он, присев на своё место. — Я прошу прощения за злые языки и за то, через что тебе приходится проходить, но терпеть такое пренебрежение я тоже не собираюсь. Дав тебе возможности, я могу и себя подставить. Вдруг ты плохой специалист? — выдохнул он. — Понимаю, что сегодняшняя ситуация…

— Мистер Питчер, я не…

— Не перебивай, — огрызнулся он. — Я понимаю, что это было грубо, неучтиво и нагло — просто взять и уведомить тебя об этом перед всеми, но я понятия не имел, что такая ситуация могла бы возникнуть. Что-то когда я объявлял Монику на каждом заведении, никто не смел даже взгляд броский кинуть в нашу сторону, а это случалось уж точно чаще, чем с тобой.

Лея понимала, что пришла на работу не для лишних разговоров и не для родителей. В первую очередь — для себя. Строгий взгляд Питчера медленно сменялся на более расслабленный.

— Вы правы. Я хочу работать и хочу реализоваться как специалист, но для меня было неожиданностью, что вы пригласили на встречу с детьми именно меня. Не поймите неправильно, но я не горю желанием быть объектом для пошлых сплетен со стороны коллег.

— Ты и не будешь. — Лея будто на грамм стала доверять ему чуточку больше. За окном тучи медленно стали охотиться за солнцем. Ещё немного — и оно в ловушке. — Я ручаюсь за тебя, Лея. Хочу, чтобы твой потенциал стал чуточку выше. Ты же как книга без обложки.

— Это как?

— Можно узнать, что ты интересная, если открыть и прочитать. Стоит тебе только открыть рот, как тут же я узнаю чуточку больше о своих сотрудниках, — краем глаза Лея заметила прорывающуюся, как саженец, ухмылку на лице умиротворённого босса. — Наш конфликт исчерпан? Не хочу, чтобы ты обижалась.

— Спасибо, мистер Питчер, что даёте мне шанс.

— Ты не ответила на вопрос, — напомнил Джексон, — не избегай меня.

Лея сглотнула, выдерживая небольшую паузу.

— Исчерпан.

— Как тебе отдел копирайтеров? — решив уйти от обсуждения поездки, Джексон задал самый безопасный, по его мнению, вопрос.

Лее льстило внимание Джексона. Нехотя она даже признавала, что Питчер даже может быть привлекательным, когда его морщины разглажены, а на лице поблескивала чуть заметная улыбка. Но эта мысль была настолько глубока, что позволить ей выйти наружу казалось чем-то невозможным. Где-то далеко-далеко, буквально в недрах своей души, что-то начинало распускаться.

— Очень милый. Эдвард — хороший сотрудник. Он показал мне самые золотые места в их офисе.

— Что, и тебя завлёк? Я имел в виду в отдел… — попытался исправить ситуацию Джексон, но по выражению лица Леи это уже было бессмысленно.

— Завлёк? Я рыба, по-вашему? — вопросительно глянув на него, Лея в один момент посерьёзнела. Почему-то каждое слово воспринималось в штыки, будто ударили перчаткой по лицу.

Джексон осознал, что он ничего не понимает: ни в девушках, ни в себе, ни в том, что происходит вокруг. Куда бы ни уходил разговор, нотки предвзятости, агрессии и нападок оставались на месте.

— Лея, ты устала.

Она хотела возразить, хотела сказать, что вовсе не устала и вовсе не хотела уходить, но гордость не позволила, поэтому, тихо опустив чашку с допитым кофе, она кротко кивнула, бросив невзрачное «до завтра, мистер Питчер», и покинула здание, оставив Пичтера один на один со своими демонами.

— Ты молчишь, Джеки. Я не люблю твоё молчание. Ощущение, будто твоя голова наполнена планами…

— А как иначе, мама?

Званный вечер, оформленный помощниками в одном из дорогих ресторанов Мемфиса, был предельно строгим и далеко не семейным, как привыкла называть его Паула Питчер. Седовласая женщина, одетая в дорогой строгий костюм, улыбчиво разглядывала помещение.

— «Мадлен» прекрасен. Помню, мы с твоим отцом сюда частенько захаживали, пока ты был совсем ещё крохатулькой, — была б ее воля, она бы сразу же бросилась к сладким щекам своего маленького Джеки, что прямо сейчас таращился на неё совершенно недобрым взглядом. Скорее, даже равнодушным. Замечая скованность и безразличие, Паула откашлялись, приняв образ стальной леди: — Отец скоро придёт.