Федор вцепился пальцами в колени и покосился на мужчину.

— Да не трусь. Мы всего-то шестьдесят километров идем. Дал бы больше, но стабилизатор кузова порвал на броду. Топляк попался.

— А я это… и не спешу вроде, — сглотнув, произнес Федор, что уже не мог оторвать глаз от пролетающих мимо деревьев и полей.

— Яж говорю — стабилизатор порвал. Если ливанет — боком ехать по грязи будем. Тут же ни камня, ни хрена. Месиво на дороге будет, — ответил мужчина. — А тихо, так я же говорю — все сам до ума доводил. И звукоизоляцию рунную, и стабилизацию сам делал. Оно, конечно, мелко, трудно, но зато комфорт. Для себя старался всё-таки.

— Вы… сами делали этот автомобиль? — осторожно спросил парень.

— Ну, а как еще? Кто на такую будет звукоизоляцию ставить? — хмыкнул мужчина. — Я десять лет отслужил при северной армии Никишина. Там, кроме меня, тягачи никто не чинил. За десять лет хочешь или нет, но разберешься. Да и дипломную я по магодвигателям писал.

— То есть вы были военным… магом?

— Вроде того. Только в армии у нас слово маг не любят. Техномаг — куда не шло, — кивнул мужчина. — Я за десять лет жалования прилично скопил. Списали — я себе домик купил, только вот чем заниматься не понятно. Я же десять лет жил как перекати-поле. Сегодня тут, завтра там. Снабженцы дело такое — куда пошлют, туда и едут. Всю страну, считай, исколесил.

— А где ваш дом?

— В Елашихе, у столицы на востоке. Слыхал?

— Не-а.

— Ну да. Дерёвня же, — хмыкнул мужчина. — Дом купил, жена, дети. А вот тягачи вроде как к душе прикипели. Вот и собрал себе… тележку. Не шибко жирно, но всегда сам себе хозяин. Есть работа — еду. Нет работы — дома сижу.

— А вы… Вы на ней работаете?

— Ага. Вожу кому-чего надо. В основном на дальнюю, но бывает и по столице заказывают. Не люблю столицу… В смысле на тележке моей ездить. Узко, повозок и телег много. Не развернуться, так еще и свару кто устроит. Стой, жди, пока они морду друг другу набьют.

Федор пару секунд молчал, поглядывая в лобовое стекло. Немного успокоившись, он покосился на водителя и спросил:

— А вы как в маги попали?

— Случайно, — усмехнулся мужчина. — Отец башмаки одному магу правил. Непростые, с магией. У того то ли денег не было, то ли задолжал он отцу, уж не помню. Но за работу он своей работой заплатил. Осмотрел меня и трех сестер, проверил. Ну, и у меня дар оказался. Небольшой, едва на университет магический хватило, но нашел. Отец сразу меня в приказ купеческий отдал, чтобы я писать и читать учился. А по весне меня в университет и отдали. Понятное дело, что прошел со скрипом, но прошел.

— Тяжело было учиться? — спросил Федор, крутя в голове мысли.

— Как сказать… — вздохнул Шульц. — С одной стороны, да. Считай с геометрией и материаловедением — очень тяжко. И то, и другое зубрить надо. Так, чтобы посреди ночи разбуди — от зубов отскакивало. Говаривали, что чем старше курс, тем тяжелее, но… Если ты курей поначалу не пинаешь и по-честному учишь, то дальше проще все. Понимаешь, что откуда идет.

— А поступление? Как туда берут? Спрашивают чего или сразу силу показать надо?

Тут маг покосился на парнишку и хмыкнул.

— А ты что? Решил испытать себя?

Федор замялся и глянул вперед. Их автомобиль нагонял телегу.

Алексей Иванович, заметил препятствие, вильнул рулем, отчего магомобиль накренился сначала вправо, а затем влево, обходя телегу по обочине.

— Решил, — кивнул попутчик. — Знаю, сила у меня есть, но сколько и какая — не ведаю. Ведунья определила, что есть. А сколько — не сказала.

Мужчина хмыкнул и нагнулся к небольшому карману на двери. Вытащив оттуда прозрачный кубик, он передал его парнишке.

— На, в кулак возьми, — произнес он. — И держи, пока едем. Если сила есть, то он цвет изменит под стихию.

Федор принял камень, осмотрел его и неуверенно глянул на мага.

— Не трусь. Это накопитель. Если с силой обращаться не умеешь, он сам возьмет. Понятное дело, что немного, но все хлеб. Мне меньше пыхтеть и заряжать.

— Вроде как «дойные»? — спросил парень.

— Не, дойные про свою силу обычно знают и камни другие носят. Там под их стихию нужен камень. Ну, или специальный артефакт, что сам возьмет и быстро, только после дойный как тряпка. Словно вагон угля разгрузил одной лопатой.

Федор сжал кулак и спросил:

— А сколько платят за силу? Много?

— Смотря какую, — усмехнулся маг. — Самая дорогая — огненная сила. Ее много где используют. И поезда, и машины. Считай, на каждом заводе свой двигатель есть, что все станки крутит. Он обычно на пару, а воду в пар лучше всего силой огня переводить.

— А другой силой?

— Можно, — кивнул водитель. — Только расход сильный. Больше силы тратишь. Но если прижмет, то такой двигатель можно и водой раскочегарить. Только руны подправить и вперед.