И относительно груза! Естественно, корабли приплыли в столицу не пустые. Всё согласно брачному договору: меха, янтарь, обсидиан, моржовая и слоновая кость. В общем, всё то, что можно очень выгодно продать на рынках Королевской гавани. Правда, тут же возникает ещё один вопрос… откуда такие богатства на преимущественно скальных Железных островах? Ни один железнорождённый не признается, но все личности из разряда «кому надо» в курсе, что подданные Грейджоев спокойно себе торгуют с одичалыми. Две недели пути на север и перед мореходами предстают Стылый берег и южная оконечность горного хребта под названием Клыки Мороза, у подножия которого протекает река Молочная, впадающая в Ледовый залив. А так как на западном берегу у Ночного Дозора нет флота и гарнизоны крайне малочисленны, а у лордов севера также нет хоть сколько-нибудь значимого морского присутствия: торгуй – не хочу! Чем, собственно, Грейджои и их вассалы и занимаются на регулярной основе. Тот же мех, драгоценная кость и янтарь в обмен на железные и бронзовые инструменты, оружие и броню… не самого лучшего качества, если честно, но более чем достаточного для такой клиентской базы. Как на это смотрят окружающие цивилизованные люди? Никто не в курсе, потому что их не спрашивают, а самостоятельно задавить эту торговлю у них нет ни сил, ни средств. Впрочем, справедливо и то, что вся северная торговля Железных островов не отличается большими объёмами и носит эпизодический характер. В принципе, это легко можно будет исправить.

Вместе с лордом Бейлоном мы осмотрели все корабли, в том числе поднимаясь на борт каждого, ведя попутно светские беседы... ага. Да. Конечно. Ещё смеялись как кони и звали друг друга в гости... нет, конечно. Грейджой – человек, сделанный из совсем другого теста. Вырванный из суровой культуры и жестоких обычаев, он не трепался просто так. В основном отвечал на мои вопросы в манере «сказал как отрезал» и односложно, явно не слишком благожелательно перенося мою компанию. Я, в свою очередь, всё понимая и стараясь тестю особенно не досаждать, переговаривался в основном с лордом Харлоу. Сами железнорожденные – что члены команд, что капитаны, – относились ко мне, само собой, настороженно, если не с не выходящим за рамки дозволенного вызовом, чётко давая понять, что служат они леди Грейджой, а не какому-то зелёному лордику. Ну и Боги с ними. Мне эта матросская гордость понятна, и я хорошо знаю идеальный способ работы с ней на данный момент.

Ничего не делать.

Я могу лишь держать себя достойно, не давая никому возможности потом молоть языками. Разбираться со всем этим будет уже сама Аша.

***

Под конец нашего осмотра, лорд Грейджой, заявив, что свой долг исполнил, тактично отчалил, сославшись на дела. Запрыгнув на одну из лодок, матросы которой активно заработали вёслами в сторону «Великого кракена», Лорд-Жнец занял место на носу и замер горделивой статуей самому себе, оставляя нас с Харлоу на борту самой крупной каракки с именем «Поморник». Какие у него могут быть дела никто, разумеется, уточнять не стал, но дышать после его ухода стало полегче.

– Надеюсь, Вы не воспринимаете близко к сердцу холодность лорда Грейджоя? – Харлоу встал рядом, провожая взглядом своего сюзерена.

– Возможно, если бы леди Аша не провела эту ночь в моих покоях, – иронично заметил, прекрасно понимая, что это мой косяк, от которого следовало бы удержаться, – лорд Бейлон был бы более расположен к беседе.

– Возможно. – Родрик слабо улыбнулся. – А может и нет. В любом случае, не желает ли Ваша светлость составить нам компанию за обедом?

– Нам? – Заинтересованно уточнил, повернув голову к лорду.

– Признаюсь, милорд. – Лицо Родрика было задумчивым, но в глазах явственно виднелась заинтересованность продолжить разговор в более уединенной обстановке. – Впервые на моей памяти, лорды Железных островов были так заинтересованы во встрече с кем-либо на континенте…

– В таком случае не будем заставлять уважаемых господ ждать, – утвердительно кивнул… всё равно, до вечера я абсолютно свободен, – хоть узнаю, чем железнорожденные питаются.

На мои последние слова Харлоу слабо, но искренне улыбнулся, помня мои пристрастия.

Глава 37

Несмотря на то, что лордам с Железных островов были выделены пара постоялых дворов хорошего, вполне соответствующего дорогим гостям уровня, обед был организован на борту «Морской песни», корабле Родрика Харлоу. Выбор, в котором недвусмысленно читалось нежелание приглашённых лишний раз афишировать свой состав, а также давать поводы для пересудов о том, что же могло обсуждаться. Нет, этот званый обед не является каким-то секретным собранием… просто встреча, о которой участники и их минимальный возможный антураж не распространяются.

«Морская песнь» представляла собой двухпалубную галею вёсел на сорок да с надстройкой в районе кормы, где расположилась каюта самого Харлоу. Завершала образ, явно визуально отделяя галею от сестриц аналогичной постройки, расположившаяся на носу корабля фигура девушки с венком из водорослей. Поскольку «Морская песнь», как и прочие корабли настоящего века, не была оборудована смотровыми окнами и иллюминаторами, единственным источником освещения были несколько закрытых фонарей, использующих тюлений жир в качестве топлива, которые наполняли каюту не только светом, но и соответствующей палитрой ароматов. В помещении нас уже дожидались коллеги Харлоу по опасному бизнесу – самые могущественные феодалы Железных островов и, по совместительству, самые адекватные люди из тех мест. Люди, которым знакома суровость родного края, и которые не склонны её романтизировать сверх того, что стало уже частью культуры.

За прямоугольным столом расположилось и неспешно вело беседу трио, которое стихло и без лишней спешки поднялось со своих мест при нашем появлении. Самым значительным в нём был, разумеется, Горольд Гудбразер. Гудбразеры – могущественный дом Железных остров, который если и уступает Харлоу, то совсем незначительно. И, как и всё те же Харлоу, обладают большим число младших ветвей и вассалов, благодаря которым контролируют весь Большой Вик, – самый крупный и богатый остров, – и частично территории на Ормонте и Старом Вике. И это не просто «пустая площадь» – на землях Гудбразеров расположились богатые – самые богатые в регионе, – залежи свинца, олова и железа. Всё еще, несмотря даже на многовековую вырубку, достаточно леса на склонах гор и холмов, а вокруг острова обилие морского зверя и китов, чьи «внутренности» так ценятся по всему миру. Вместе с тем… Гудбразеры ещё и самый нелюбимый Дом жрецов Утонувшего, поскольку это многочисленное и «ветвистое» семейство живёт и процветает не на морском разбое, а на ремёслах и торговле.