— Нер, — легкая рука эльфийки коснулась моего плеча, заставив меня обернуться — Думаю нам туда.

Её палец указывал на невесть откуда взявшееся ответвление тропы.

— Уверена?

— Да, — решительно кивнула та после едва заметной секундной заминки.

— Ну тогда идемте.

А что. Кто я такой чтобы спорить с дитем лесов, так недодракон. Почти позабытая шея, вдруг яростно за зудела, заставив меня немного почухать когтями проблемное место. Что ж, вперед и с песнями.

Шли мы по бору надо сказать недолго, как-то быстро он стал редеть, разряжаться лиственными деревьями, а вскоре тропинка вынырнула из-под его сеней и весело завихляла меж редких березок. А воздух кругом…я сделал глубокий вдох, втягивая в себя воздух, пропитанный таким знакомым и одновременно позабытым запахом русского духа и, уже практически ничему не удивляясь, с легкой улыбкой выхватил взглядом проступающие средь деревьев очертания избы на курьих ножках.

Не, ну все же, так, на всякий случай, твою ж кису.

Глава 4

Глава про добрую бабушку, богатыря, странное предсказание и зайца.

Как ни странно, но бабуля меня сразу узнала и её покрытое морщинами загорелое лицо расцвело откровенно приветливой улыбкой.

— Здравствуйте, Ядвига батьковна, — в пояс поклонился я, с любопытством зыркнувшей в сторону моих учеников бабушке. — Как видите, снова занесло меня в ваши края ветром блудным.

— И тебе здравия, Ярослав свет Сергеевич, — ответила старушка, вытирая запачканные в земле руки лежащей тут де на грядке цветастой тряпицей. — Рада, что не забыл старушку, вот только чую, тот ветер, что принес тебя, очень недобрый.

— Ну… — я замялся. — История на самом деле длинная и запутанная.

— Ясно, — Яга кинула тряпку обратно на грядку. — Тогда торопиться не будем, сперва накормим, напоим, а уж затем и историю твою послушаем.

Как и в прошлый раз угостила нас Яга буквально по-царски и стоящий под раскидистой яблоней стол буквально ломился от различных лакомств, на которые мои ученички сперва посмотрели с некоторым подозрением, но распробовав, принялись сметать всё с тарелок с поразительным усердием и аппетитом, чем явно растрогали радушную хозяйку. Особенно отличились в этом деле Гай со Скрипачем, умяв по паре «тазиков» пельменей и, в конце концов, приняв на скамейке полу лежачее положение римских патрициев, начали неторопливо потягивать поданный бабушкой ароматный травяной чай, не забывая прикусывать выданными её же большими ватрушками. Я сперва хотел несколько ограничить своих воспитанников, особливо увлекшихся сладостями девушек, но, заметив легкое покачивание головы хозяйки, предусмотрительно захлопнул свою говорильню. Всё происходящее явно не просто так. Как там в сказке: «накорми, напои, а потом расспрашивай»… А захоти хозяйка нам навредить, хватило бы и движения её седой брови, я то прекрасно помню как в прошлый раз тут одного козла в буквальном смысле слова на куски порвало и ведь тогда бабушка просто немного выругалась…Что ж…Я налил себе компота из поданного мне бабушкой кувшина и, отхлебнув терпко-сладкого, одновременно отдающего легкой горчинкой, напитка, принялся за свой рассказ. Яга не перебивала, лишь изредка хмурила брови, а пару раз в её разноцветных глазах (кстати, один у неё ярко зеленый, а второй просто черная бездонная бездна, порой аж жутко становится) начинали мелькать золотистые искорки похожие на миниатюрные всполохи пламени. История закончилась, а над столом установилась странная тишина, казалось, даже ветер застыл в листьях яблони, а мои ученики сидели с озадаченными лицами, бросая удивленные взгляды то на меня, то на задумавшуюся о чем-то Ягу.

— Ик….

Все дружно обернулись, а торчащая из пасти Батона сосиска смущенно исчезла в бездонных недрах моего пушистого помощника.

— Водицы хоть глотни, охальник, — улыбнувшись, пробурчала Яга и, заправив под платок выбившуюся оттуда седую прядь, добавила: — Да уж, милок, история твоя запутанная и много в ней для меня неведомых странностей, но думаю, что дорогу верную я тебе и на этот раз указать смогу.

— Реально?

— Сказочно, — буркнула в ответ бабушка и, обернувшись в сторону избушки, крикнула: — Васька! Васька, блудняк ты пушистый, а ну дуй сюда, да карту прихвати ту, что Ивашка прошлый год оставил!

В ответ на этот окрик в окне избушки сперва показались подергивающиеся черные как смоль уши, а затем явно заспанная морда самого их обладателя. Оглядев нас своими зелеными зенками, он остановил их взгляд на все еще жующем Батоне. Вскинув лапу в приветствии, он тут же исчез из виду, чтобы через мгновение появиться в дверях в обнимку с каким-то свитком, который, после водружения и раскатки на быстро очищенной от еды части стола, оказался неким подобием карты. Причём, карта была конечно весьма схематична в стиле: одна елка — роща, две — густой лес, но кой-какое представление о территории давала. Так-с…леса, реки, судя по вон тому скособоченному дому — какой-то поселок, а вон та пара избушек, наверное, аж мегаполис местного разлива.

— И что это? — спросил я, с интересом разглядывая карту.

— Очки выдать? — с сарказмом поинтересовалась старушка. — Иль все-таки ясны очи сам пошире раскроешь?

— Это карта, нер, — неожиданно выдал, морща свой могуче-широченный лоб, переместившийся поближе Гай. — Карта местности.

— Спасибо, капитан очевидность, разгадал сей тяжкий пазл, — усмехнулся я. — Может еще подскажешь что тут изображено?

Я вопросительно посмотрел на Ягу.

— Царство это, тридевятое, ну и ближайшие окрестности, — тут же охотно пояснила та. — Вот Китеж-град, Клин, Оскол, Кщерева скала… — палец Бабы Яги скользил по карте пока не замер в самом её углу. — Марева топь…

Довольно большое зелёное пятно словно подернутое полупрозрачной чёрной дымкой. Я впился в него глазами, затем пристально посмотрел на Ягу.

— Уверены?

Скрипичные струны за спиной сделали нагнетательно-мрачное «тугу-дум».

— Полностью, милок. Тут недавно….

«Тугуду-тугудум» — нагнетала скрипка.

— Касатик, а можно я твоего скомороха бородатого в козлика обращу? — прервавшись поинтересовалась бабуля, кося черным глазом на засмущавшегося гнома. — А то от его трыньканья у меня мигрени начнутся.

— Вам так нужен умеющий класть плитку бородатый музицирующий козёл?

— Эх, молодежь, — вздохнула Яга. — В хозяйстве одинокой женщины всяк козел пользу принести может, особенно работящий, ему ж цены не будет.

— Ну так-то да, — я задумчиво-оценивающе посмотрел на Скрипача.

Тот нервно икнул, спрятал скрипку и быстренько переместился к краю стола. Старушка по-доброму усмехнулась и ударом ногтя по карте вернула себе моё внимание.

— Ну так вот, Добрыня недевиче ходил к Маревой топи и увидал там твоих старых недругов.