Девушка знала, что от неё требуется, и её голова тут опустилась на уровень паха. В этой позе она кинула одну подушку на пол и покорно опустилась на колени, приготовилась к работе. С этого ракурса он видел её спину и попку. Мог обозревать всю комнату Арии.

Ему отчаянно хотелось кончить на кровати, где она спит. Хотелось, чтобы на месте девушки была Ария. Он схватил девицу за затылок и направил её рот на себя. Губы той жадно обхватили ствол, и с наслаждением она начала сосать кончик.

Карим застонал от удовольствия.

— Глубже, — прохрипел он, легко представляя, как на её месте на коленях покорная Ария.

Девушка покорно открыла рот и полностью засосала его в себя. И судя по сильным ощущениям, по тому, как её язык поднимался по его стволу, опускался и чавкал, она заглатывала член всё глубже и глубже буквально до основания, даря ему массу приятных прикосновений и интенсивное удовольствие.

Карим шипел от завораживающих импульсов, закатывая глаза, направляя светлую голову всё быстрее и быстрее.

Негромкий звук хлопанья двери заставил его распахнуть веки. В полумраке, освещённой торшером комнаты, он увидел Арию. Глаза той, широко распахнутые и удивлённые, смотрели на него и на девицу не отрываясь. В то время как он сам замер, девица продолжала буйно сосать, буквально заставляя его член вибрировать на языке, а Карима содрогаться и дрожать от удовольствия.

На его мужественном лице плыли гримасы блаженства. Он запустил руку в её волосы и направил так, чтобы язык сильнее прижимался к члену. В то же время е сводил полыхающего взгляда с вспыхнувшей Арии.

Она потеряла ровность в дыхании. Стояла, не двигаясь, потрясённая картиной и яростным полным желания его взглядом прямо ей в душу, как будто он её трахал. А горячий член не во рту кого-то, а во рту у Арии.

Было видно, как она возбудилась. Покраснела, стояла, не в состоянии адекватно реагировать.

Карим ни на секунду не отпускал взгляд. Напряжённый член, переполненный семенной жидкостью, в яростном сосании и ритмичном облизывании оказался сладкой пыткой для нее. Арию бросило в жар, груди набухли, и учащённое дыхание выдавало её разгорячённое состояние с головой. Карим достиг кульминации, со стоном изливаясь в рот сосущей эскортницы, он едва удержался, чуть не потерял взгляд Арии. Он хотел, чтобы она смотрела. Нуждался в том, чтобы понимала и переживала накал его желания, реагировала на неожиданное и порочное зрелище. В этот раз ему полегчало. Он не смог больше контролировать судорожное сокращение и в крайнем возбуждении со стоном облегчения с жаром кончил, опалённый яростным оргазмом.

Ария не выдержала, дернувшись, выбежала из помещения.

Девушка встала, поправила одежду и удалилась. Она выполнила свою работу. За ней вышел и Карим.

Он нашёл Арию за дверью. В крайней степени смущения и возбуждения она не знала, как реагировать. Но ей хватает осторожности не заходить в собственные апартаменты и не оставаться с ним наедине. В шокированном взгляде читался вопрос, не сошёл ли с ума Карим, развлекаясь в её спальне с девицами. Ощущалась какая-то незавершённость действия, словно незакрытый гештальт.

— Что это значит? — спросила она, не понимая.

Карим же, видя её лихорадочное состояние, осознал, что может продолжить. Она взбудоражена и возбуждена. А он, как хотел её, так и продолжает.

— Это значит, что я хочу тебя, — жарко заглянул ей в глаза, парализуя правдой.

— Поэтому ты, что? Будешь это делать в моей комнате каждый раз, когда нас нет?

— А ты против?

— Кто эта девушка?

— Эскортница.

— Это что, арабские традиции — пользоваться такими услугами в ночь перед свадьбой в спальне брата?

Карим практически прижал её к стене. Она точно злилась, волновалась и едва дышала.

— Тебе не всё равно?

— Не в моей постели.

Бессмысленный разговор, он наклонился и поцеловал. Просто взял её в плен, крадя с губ возбуждённой Арии поцелуй. И она ответила, мгновенно воспламеняясь. Острая волна наслаждения укрыла их обоюдным желанием. Карим почти застонал. Он до безумия, до сумасшествия хотел. Стоило ей оказаться рядом, как любые разумные барьеры и доводы летели прочь. Имело значение лишь их прикосновение горячих губ, ласковых рук на коже, давление тел друг на друга и упоительные ритмичные движения.

— Эй, эй, — руки Адама оттащили Карима от Арии, приводя того в ярость.

— Оставь мою жену в покое.

Ария залилась краской. Карим с огромным трудом сдержался, чтобы не начать драку.

— Карим пожелал мне спокойной ночи, — отозвалась она, едва дыша от бешеных ударов пульса.

Адаму не понравилось ничего из того, что он увидел. Одним движением он сгреб Арию под мышку и прорычал:

— Пошли, — и как только они захлопнули дверь, он взорвался: — Ты рехнулась? Что ты творишь? Ты в исламском мире. Ему ничего не будет, а у нас могут быть такие неприятности, что ад покажется курортом. Ария, ты понимаешь?