Мей почтительно поклонился и протянул ему руку. Я последовала его примеру. Монарх едва заметно поморщился, но, поймав взгляд герцога (мне его даже в мыслях страшно так называть!), вздохнул и провёл кончиками пальцев по нашим запястьям.

— Ваша служба исполнена. Долг уплачен сполна, вы свободны.

— Слово? — тихо спросил Мей у Императора.

— Нет. Эта тайна не терпит огласки. Обет молчания нерасторжим. Да будет так.

Короткая вспышка острой боли, и клейма на наших руках растворились.

Я подняла глаза на Мея и в его взгляде увидела ноту вины. Он надеялся выторговать у короны смягчение условий первоначального договора? Совершенно напрасно… Мы с ним и так очень легко отделались. Особенно я.

— Графиня Гименерва Кимберли, верховная ведьма! — гулкий голос церемониймейстера заставил меня подпрыгнуть и судорожно вцепиться в локоть свежеобретённого мужа.

Император поморщился и отступил, пробормотав что-то нечленораздельное. Графиня? Я мучительно попыталась припомнить хитросплетение титулов. И не смогла найти никакого логического объяснения. Разве, что...

Мей тоже скривился и, наклонясь к моему уху, ядовито прошептал:

— Прости, дорогая. Решил тебя лишний раз не тревожить. Моя матушка рассудила иначе. Ей явно не терпится познакомиться с избранницей единственного сына лично. Ничего не бойся, ты моя жена перед Пресветлой богиней, и магия ведьм тут бессильна.

О да. Ещё как слышала! И даже читала прощения о расторжении нашего брака за подписью Гименервы. Только полного имени единственной и незабвенной фаворитки не знала. Матушка, значит. Логично. Мать единственного наследнка Кимберли и аворитка не может быть просто какой-то там ведьмой. Я весьма выразительно посмотрела на Герцога Кимберли. Тот в ответ широко улыбнулся:

— Это единственный мой недостаток!

Я не нашлась что ему возразить. Тем более что в это мгновение к нам подошла моя неожиданная свекровь и верховная ведьма. Её пепельный взгляд был полон недовольства, яркие губы поджаты.

— Матушка? — Мей почтительно ей поклонился и предупреждающе сжал мою руку.

Я сделала радостный вид и, восторженно улыбнувшись, присела в почтительном реверансе.

— Отрадно видеть, что ты всё ещё помнишь о моём существовании, сын! — свекровь обожгла меня взглядом и, развернувшись, процедила через плечо: — Поздравляю вас, герцог и герцогиня. Надеюсь, ваш брак будет счастливым.

— Благодарю вас, матушка, — ответил Мей с лёгкой усмешкой. — Мы тоже на это надеемся. Не дождётесь.

Я вдруг почувствовала, как силы окончательно покидают меня.

— Добро пожаловать в новую жизнь, золотая Шарли, — прошептал Мей, нежно беря меня под руку. — Осталось чуть-чуть потерпеть.

Этим утром я выскользнула из дома непривычно и совершенно одна. По пути заглянула в просторную тёплую детскую, улыбнулась двум тётушкам-няням, чутко сторожившим младенческий сон, бросила взгляд на уютно посапывающих наследников Кимберли и бесшумно покинула дом.

Убежала, никем не замеченная, заметая следы, как преступница…

Мой путь вёл на так называемый Золотой перевал. Его узкие каменистые тропы не предполагали поездку на новом мобиле. Пришлось вспомнить уроки верховой езды и вывести из конюшни крепкую невысокую лошадку. Почуяв неопытного ездока, мохнатая кобылка лишь тихо вздохнула и терпеливо снесла мою долгую возню с седлом и уздечкой.

Снег в этих краях был редким гостем, а потому наша с лошадкой дорога не должна стать особенно трудной. Фляга с терпким и крепким вином, пара кусков запечённого мяса и несколько круглых лепёшек — вот и весь наш запас провианта.

Подъём не был крутым. Наш дом стоял недалеко от перевала. Лёгкий морозец покалывал щёки, зимнее солнце искрилось на инее, покрывающем камни вокруг. Лошадь мягко ступала по узкой тропе, выбитой в ложе скалы. А я колдовала.

Едва слышно напевая магическое заклинание, я слушала сердце хребта Кимберли. Я звала его душу. У гордых и древних вершин было много имён, никому не известных. Я хотела узнать их, хотела услышать таинственные голоса этих гор. Мой возлюбленный муж как-то со смехом обмолвился: дескать, в твоих жилах, Шарли, течёт кровь горных гномов. Или даже подземных драконов. Кто знает…

В предрассветной дымке заснеженные вершины гор казались серебряными коронами древних властителей этих земель. Морозный воздух щипал щёки, а солнце, только-только показавшееся из-за горизонта, золотило искрящийся снег.

С момента нашего приезда сюда, в крайний предел королевства, всеми забытое и заброшенное герцогство Кимберли, прошло чуть меньше года. Так мало и так бесконечно много — целая жизнь. Здесь нас встречали руины старинного замка, несколько полузаброшенных горных деревень и забытые рудники — приют и трофей местных контрабандистов и мелких разбойников.