— Я не сломался…

— Да? — прервал я вновь заговорившую рептилию. — Хочешь сказать, что энное количество времени ты чётко следовал своей цели, и вот, когда она оказалась не то что рядом, а фактически у тебя в руках, ты вдруг решил от неё отказаться, обрекая себя на вечное заточение? Да ещё и после этого начал вставлять палки в колеса всем другим представителям своей расы, коих в себя затянет Система, маскируя это под следование традициям предков. Чуешь, что попахивает каким-то «нае…аловом»?

— Это было моё решение! Мои руки были обагрены кровью моих сородичей! Я ещё убил десятки тысяч других разумных! — Элфрик зашевелил крыльями, гоняя воздух туда-сюда.

— Это, конечно, печально, и твой рекорд мне побивать не хотелось бы, — кивнул я. — Вот только подумай, скольких ты потом убил своим вмешательством? Ведь нашёптывая какому-нибудь демиургу о смирении, ты обрекал его и тех, кого он защищал, на верную гибель. Кстати, у меня вопрос, а идея насчёт этого хаба у тебя самого возникла, или тебе её кто-то подсказал?

На некоторое время дракон замолчал, однако потом повернулся в сторону тихонько сидевшей всё это время на варге Шилены и ткнул в сторону девушки крылом.

— Мадам, я и не знал, что вы такие древние, — не удержался я от шутки.

— Не она, её покровитель, Прядильщик, — произнесла ящерица. — Он явился ко мне, когда я только вступил в Игру, и объяснил её правила.

— Прям вот так? Безвозмездно, то бишь даром? — скептически поинтересовался я.

— Да! — уверенно произнёс дракон. — Он сам только осваивался в Системе, второй или третий виток. И в тот раз представители его расы не участвовали в Игре, поэтому он решил помочь мне, хотя в действительности мы и принадлежали к разным видам. Если бы не Прядильщик, я бы и месяца не протянул в том аду!

С каждым словом ящер распалялся всё больше, и было заметно, как ему хочется выговориться. Похоже, одиночество, особенно длительное, мало кому на пользу идёт.

Однако в болтливости рептилии были и свои плюсы. После услышанного желание учить уму разуму ящерицу у меня резко пропало. По крайней мере в присутствии Шилены.

— Повезло тебе, похоже. В наше время бескорыстные тёмные эльфы встречаются куда реже. — с серьёзным видом кивнул я, тут же переключаясь на другую тему. — Кстати, раз разговор пошёл о бескорыстности, и коль уже понятно, что Семя ты мне не отдашь, то, может, хоть расскажешь, как Система устроена? А то, кого не спрошу, ни единого внятного ответа.

— Никто, кроме мне подобных, тебе и не ответит, человек. Вы, Игроки, вертитесь в своём маленьком мирке, не способные покинуть отведённые вам границы, — нотки гнева в голосе древней ящерицы сменились нотками нескрываемого превосходства. — Впрочем, почему бы и не удовлетворить твоё любопытство, демиург, коль ты проделал столь долгий путь и хоть немного развеял мою скуку.

Смешно сгорбившись, дракон наклонился и вытянул лапу, начав чертить огромным когтем прямо на каменном покрытии площади схему.

— Смотри, человек, это Ядро, — указал на небольшой круг высунувший от усердия язык Элфрик, сейчас мало напоминающий то яростное существо, которое представлял из себя всего пару минут назад. Психологические качели, «тудыть-сюдыть»… — Именно там обитают потомки Создателей и именно там находится физическая оболочка Системы.

— Вот это среднее кольцо, — дракон обвёл Ядро кругом побольше и разделил его на три сектора. — Тот самый барьер, который отделяет Создателей от вас, игроков. Что там творится, мне не известно. Да и вряд ли кому-то, кто сейчас находится здесь, а именно во внешнем круге.

Древний эльф нарисовал очередной круг, раза в полтора больше предыдущего, после чего разделил его на четыре сектора.

— И каждую Игру в нём, из витка к витку, участвуют шестнадцать рас. Вернее, участвовало. Однако в этот раз всё пошло по-другому, и к этим шестнадцати добавилось ещё две.

От каждого из внешних секторов дракон прочертил по четыре кривых линии, упирающихся в небольшие круги, символизирующие миры-участники. И лишь один сектор отличался по количеству участников. Линий в нем было пять, и пятая не заканчивалась как остальные на кружке, а пронзала его и шла уже к шестому миру.

Несложно было догадаться, что пятым миром была Земля, а шестым — присосавшиеся через нас к Системе тэхиды.

— Обычно, чтобы расе из одного сектора стать победителем, нужно, чтобы какой-то демиург подсадил к своему кристаллу Семя, после чего доставил его к определённой точке, — продолжил Элфрик. — По крайней мере, именно такое условие было в моей игре. Однако с вашим появлением Система…

— Да, да, я понял. Правила поменялись из-за людей с головожопами, — притормозил я разговорившегося дракона, при этом поглядывая на часы. — Ты мне вот что объясни. А пробиться сквозь этот барьер, за которым укрываются создатели Системы, возможность есть?