Он входит еще сильнее, и я брыкаюсь, пытаясь вырваться, что только подстегивает его к более глубоким толчкам. Подол юбки отрывается от моего лица. В глаза ударяет порыв холодного воздуха, и я вижу стоящего на коленях Черпака рядом со мной, который смеется, брызгая слюной и оскалив зубы.

Он походит на бешенную псину.

Он опускает мою голову и глубоко засовывает свои пальцы мне в рот. Мои глаза зажмурены, и меня рвет на его руку. Блейк издает глубокий рык, как ликан, и вырывается из меня. Я трясусь и кричу, как дикий зверь, и ищу человека, которого видела на трибунах, но всего, что я вижу — это кромешную тьму.

Меня тащат туда, где он был, словно читают мои мысли: «ведите меня туда». Мне нужна помощь.

Грязь размазывается по платью и собирается в моих ботинках. Еще не конец. Это никогда не закончится.

— Давайте заставим эту сучку кричать! Я-то знаю, что ей это нравится, — говорит Фосс, смеясь. Они бросают меня на трибуны.

Меня больше нет в своем теле. Я замышляю месть для каждого действия, которым они подвергают меня.

Чувствую, как ремень туго оборачивается вокруг моей головы и впивается в рот.

— Кусай, принцесса, — шепчет мне на ухо Блейк. Он тот, кто отдает приказы.

— Она слишком симпатичная, — говорит Черпак, пуская слюну, и вскоре меняет свое мнение, ударяя меня кулаком, который больше моей головы, прямо в лицо.

Моя голова откидывается и расшибается о край дерева позади меня. Мне виднеются звезды, но не те, что смотрят на меня сверху. Я кашляю и кровь бежит как из фонтана сквозь зубы на кожаный ремень, на вкус который, как пот.

Фосс пьян вдрызг. У меня такое чувство, что ему это не очень нравится, однако он за компанию — слабовольный говнюк. Я начинаю пинаться изо всех сил, чувствуя, как алкоголь выветривается.

Не думаю, что смогу вникнуть в то, что произойдет далее, но в это мгновение я даю себе обещание: каждый из этих уебков сдохнет.

И сдыхать они будут медленно…

— Вылижи киску этой шлюхи, Фосс. Ты же знаешь, нельзя оставлять цыпочку желающей большего! — измывается Блейк. Почему он меня так презирает?

Наши чувства взаимны.

Пиздец как ненавижу этого пиздюка каждой клеточкой в своем теле, и я представляю, как выдергиваю все его зубы и заставляю его их сожрать.

Фосс пихает мои колени назад и начинает в меня вгрызаться. Он не лижет, он буквально пожирает мою кожу, как лев, разрывающий добычу, и когда я издаю гортанный крик, Черпак смеется и хватает меня за голову и припечатывает ее к трибуне.

— Не кончай пока! — говорит он, смеясь, когда моя голова трещит, как арбуз.

Он вытирает слюну со рта тыльной стороной ладони и подходит к моему лицу очень близко. Чувствую его горячее дыхание на своей коже.

— Я сказал не кончать пока! — повторяет он и тычет мне в глаз. — Закрой глазки. Наслаждайся! — он тычет в другой глаз, смеясь.

Блейк держит Фосса за затылок и сильно толкает его лицом между моих ног.

— Тебе это нравится, да, паршивка? — рычит Блейк сквозь зубы.

Он хватает пустую бутылку и отпихивает Фосса от меня.

— Отъебитесь! — кричит он двум громилам.

Они отступают, и Блейк подхватывает меня и тащит в темный угол. Он заталкивает мою голову под трибуну лицом вниз и плюет себе в ладонь.

— Почти закончили, голубка, — произносит он, дергая за пряжку ремня у меня за головой, чтобы изменить положение.

Во мне не хватает криков, и, кажется, что они исходит от кого-то другого.

Я перестаю быть собою.

Не знаю, куда я делась, но мне кажется, что я стою позади Блейка, как привидение, наблюдающее за тем, как он уничтожает девчонку на ее первом выпускном.

Я ощущаю разрыв в своем теле.

Он вошел в меня сзади, и я рыдаю, когда он вторгается в мой задний проход. Пальцы, член, что-то другое — не знаю, что именно, но если ранее я думала, что мне больно, то я даже понятия не имела, насколько все может скверно обернуться.

— Вот эта девочка, — радостно хвалит он. — Воу, Нелли14, полегче.

И я чувствую, как он разрывает меня надвое.

Я хочу умереть. Но он не прикончит меня.

Блейк тянет меня взад и вперед за тот предмет, что вводит в меня, словно скача на лошади.

— Я подготавливаю тебя, моя голубка, — говорит он, сильно вдавливая и не отпуская это, ожидая, когда я ослаблю напряжение.

Я громко кричу напротив ремня во рту, и мне кажется я свихнулась.

— Отпусти, Дарси, — произносит он мне на ухо. — Просто отпусти, малышка. Ты справишься.

Слышу, как вдалеке ржут парни, словно они уже очень далеко, а я провалилась в темнейшее ущелье.

Блейк снова толкается, и мое тело раскачивается взад и вперед по трибуне, а голова ударяется о то, что кажется твердой бетонной стеной. Хочу, чтобы он колотил этим сильнее, чтобы я сумела навсегда разбить свое тело об нее.