Расстегнув пуговицы на манжетах рубашки, я закатал рукава, ощущая на себе внимательный взгляд Трофимовой. Нервы были натянуты словно корабельные канаты, и ее присутствие только накаляло обстановку.

Я уже пожалел, что заранее не поговорил с Пашей.

Этот хер моржовый сидел с такой раздражающей лыбой, что я еле сдерживал желание забить бедолагу ногами. Шутка. Я не столь кровожаден, однако, сейчас чувствовал себя дерганным психопатом.

А потом свет в зале погас, заиграла непринужденная музычка, и на сцену выпорхнули танцовщицы…

Сперва, я не признал среди них Сашу, хотя ошибки быть не могло - Толя подтвердил, что она посещала танцевальные репетиции, и, оказывается, об этом даже подробно было в отчете, однако каким местом я его читал непонятно.

Проследив за взглядом Паши, я сильнее стиснул челюсти.

Заметил. И не только я. Несколько сотен уебков мужского пола пялились на мою будущую жену, выплясывающую, задирая ноги под лучами софитов. Сука. Ревность ослепила, опаляя внутренности огненными волнами.

– Артем… он сейчас лопнет…

– Что? – повернув голову, я посмотрел на Трофимову.

– Бокал, - она нахмурилась, кивая на мои руки.

Опустив взгляд, до меня запоздало дошло, что я до побелевших костяшек сжимаю стекляшку.

– Саша еще не подозревает, какой сюрприз ее ждет… - откинувшись на спинку дивана, Левицкий провел пальцами по щетине.

Дерьма искатель.

— Это та девушка, - обращаясь к Паше, Трофимова бросила на меня странный взгляд, - Которая была с тобой во время званого обеда? Она тоже участвует в танцевальной постановке?

– Ага, вон, по центру, с разрезом «по самое не хочу»!
– раздув щеки, кивнул этот кобелина.

– Расскажешь, что за сюрприз? – поинтересовалась моя бывшая, пока ее подруга, к счастью, не принимавшая участие в беседе, залипала в телефоне.

– Приоткрою завесу тайны… Сегодня состоится одно из лучших свиданий в ее жизни!

Допрыгается ведь, ухажер.

А танцовщицы, тем временем, вошли в кураж, раскрепощенно покручивая бедрами.

Покусывая губу, я как идиот пялился на сцену, не замечая никого, кроме Нее. В этом платье с разрезом до середины бедра Сахарова выглядела как ожившее воплощение греха…

Задержав взгляд на ее округлой попке, я обратил внимание, что на спине платье держится за счёт бретелей, переплетенных крест на крест. Горячо.

Я провел языком по губам, почувствовав натяжение в брюках. Член дымился. Не хватало еще кончить в штаны.

– Хороша Саша-а… - хохотнул Левицкий, сложив ладони рупором, - БРАВО-О!

Я сглотнул, стиснув челюсти.

Моя Саша танцевала полуголой. На всеобщем обозрении.

Ты же сам все это допустил, идиот…

– … Артем? – где-то фоном прозвучал напряженный голос Катерины.

Я нехотя повернулся, сосредоточившись на ее задумчивом лице.

– Ты вообще здесь? – бывшая обиженно поджала губы.

Вздохнув, я помассировал воспаленные виски.

– Я бы рад быть не здесь, но не знаю, как отсюда уйти… - вновь покосился в сторону сцены, на волевых сдерживая себя, чтобы не смотреть.

– Тогда может… - рвано выдохнула, - Может, сбежим? – предложила мне Катя с надеждой, отсвечивающей в ее грустном взгляде.

– Я могу подвезти тебя до дома? – тихо поинтересовался, расчесывая пальцами взмокшую шевелюру.

Не видел другого варианта развития событий, кроме как окончательно расставить все точки, оставив ее подальше от клуба «Рай».

К этому моменту танцовщицы покинули сцену, и я, наконец, смог вздохнуть полной грудью.

– Ну, хорошо… - шепнув что-то Вере на ухо, Трофимова поднялась, направляясь к выходу из зала.

– Паш, дождись меня. Надо переговорить, - я пристально посмотрел другу в глаза.

– Есть, мой капитан! – этот придурок отвесил мне шутовской поклон.

– Я не шучу. Скоро буду.

– А я что, какой-то несерьезный клоун, по-твоему? – состроил страдальческую мину Левицкий.

– Была рада тебя увидеть, Артем! – на прощание Вера послала мне воздушный поцелуй, а Паша жизнерадостно помахал своим ебучим веником.

***

Припарковавшись во дворе дома Трофимовой, я достал пачку сигарет, безразлично глядя Катерине в глаза.

– Ты ведь хочешь попрощаться? Так? – она первая нарушила тягостное молчание.