– Так как прошло твое выступление в клубе? – расспрашивала меня Оля, предусмотрительно прикрыв рот ладонью, чтобы преподавательница не засекла нашу болтовню.

– Нормально, – я протерла испарину со лба, отмечая, что мое самочувствие до сих пор оставляет желать лучшего.

Хорошо, что через пару дней прием у врача и УЗИ. Возможно, мы даже пойдем туда с Артемом… Хотелось верить, что известие о моей беременности не пошатнет его решимость сделать меня своей женой.

– Но с танцами в клубе покончено, – еле слышно добавила я, ощущая на себе пристальный взгляд Романова.

– Почему?

– Долгая история, – неопределенно пожала плечами.

– Смотри-ка, Стас переключил свое внимание на Свету, – шепнула мне Оля.

Я обвела взглядом аудиторию, отметив, что Кандинский довольно активно перешептывается с Мосиной, протягивая ей под столом какой-то журнал.

– И слава Богу. Я буду рада, если он найдет свое счастье.

– Что касается счастья… – Лёля хитро скосила бровки. – Кажется, ты не просто так перестала танцевать в клубе? Это как-то связано с тем брутальным красавцем, который подвез тебя сегодня утром?

– От тебя ничего не утаить, да? – я надела колпачок на ручку, стараясь не обращать внимания на сальные взгляды урода Романова.

– Саш… – подруга замялась.

– Говори, как есть. Я в курсе, что про меня сплетничают все, кому не лень… А эти дебилы, – покосилась в сторону местного мажора и его дружков я, – только подливают масло в огонь.

– Не понимаю, чем ты так им насолила? Кому какое дело до твоей личной жизни? – озадаченно вопрошала она, накручивая на палец прядку медных волос.

***

Остаток учебного дня прошел все в том же не самом радужном ключе. Я умышленно не ходила в столовую, а на всех переменах надевала наушники, чтобы абстрагироваться от мерзких шепотков.

Я собирала вещи после последней пары, когда на стол передо мной приземлилась вскрытая пачка презервативов.

– Может, хватит строить из себя святошу?

Подняв голову, я посмотрела уроду-Романову в глаза.

– Хочешь, чтобы травля прекратилась? – однокурсник облизал тонкие потрескавшиеся губы. – Дай мне, и закроем вопрос. Всего разок, Сахарова. Я даже заплачу. Одним больше, одним меньше… – скабрезно ухмыльнулся, похлопав себе по ширинке.

Застегнув сумку, я поднялась, выдерживая его прямой пренебрежительный взгляд.

– Думаешь, за меня некому заступиться?

– Да кому ты нужна, шлюха тупая?

Покачав головой, я поторопилась вслед за остальными однокурсниками, чтобы не оставаться с этим недомужиком наедине.

– Сахарова, я подниму вопрос о твоем моральном облике! – прилетело мне в спину. – Мы запустим петицию, чтобы тебя допускали к занятиям только со справкой из кож-вен диспансера… Не хотелось бы что-нибудь подцепить в стенах Alma Mater…

Покинув аудиторию, я замерла возле информационного стенда, стараясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. Я не сталкивалась с проявлением буллинга в школе, зато хлебнула из этой чаши сполна в университете…

– Саша?

Я инстинктивно повернулась на знакомый голос.

– Что ты здесь делаешь? – обескураженно смотрела на Апостолова, расслабленно привалившегося к стене.

– Приехал за тобой, – произнес мужчина, сканируя меня своим внимательным взглядом. – Мы договорились провести вечер вместе. Разве ты забыла?

Разумеется, не забыла. Только эта мысль и грела меня на протяжении последних нескольких часов, однако я так растерялась, что не сразу нашлась с ответом.

– Что случилось? – негромко спросил он. – Я же вижу, ты сама не своя… Саш?

Я обнаружила, что мы с Темным стали магнитами для десятков любопытных взглядов студентов с разных потоков.

– Ничего, – упрямо закусила губу я.

– Ты чуть не плачешь, – повернув голову, Артем обвел собравшихся убийственным взглядом. – Он? – Апостолов кивнул в сторону Романова, откровенно пялящегося на нас в компании своих прихвостней.

Вот это нюх… Безошибочно вычислил виновника всех моих бед спустя всего несколько секунд!

– Да… – шепотом подтвердила я, – Но, Артем, не надо… Он все равно ничего не поймет…

Апостолов ухмыльнулся.

– Я умею доходчиво объяснять.

– Не стоит… – только и успела пробормотать я, глядя Артему в спину, однако тот оказался глух к моим просьбам.

– Какие-то проблемы? – донесся до моих ушей развязанный голос Романова после того, как Артем вторгся в его личное пространство.