Мурцатто прищурилась и спросила:

– В чём дело, Туонела? Почему вы не можете просто меня отпустить?

Инквизитор вздохнула и откинулась в кресле:

– Потому что Георг своеволен и непредсказуем. С ним всё тяжелее договориться. А кто, если не вы, сможет уверенно руководить компанией, когда его не станет?

– Вот как.

– Да. – Туонела помолчала немного, собираясь с мыслями, и продолжила: – Допустим, со временем вы возглавите Ordo Militarum сектора. Подразделение специфическое, но будете заниматься привычной деятельностью: руководить военизированной торговой компанией и заодно пресекать преступления в армии и флоте.

Мурцатто вздохнула и произнесла:

– Титанический труд.

Туонела прищурилась и спросила:

– Неужели вас не привлекает власть? Может быть, деньги у вас и есть, но… Вы же сможете сделать почти всё!

Мурцатто отвела взгляд, пробарабанила пальцами по столу, наконец, ответила:

– Мне нужно время для размышлений. Нужно… кое с кем посоветоваться. – Туонела собиралась вставить слово, но Мурцатто жестом ладонью предупредила о том, что не закончила: – Разумеется, о содержании этого разговора никто не узнает.

– Сколько вам нужно времени?

– Вы куда-то спешите? Неужели Георга так срочно нужно ликвидировать? Он же вроде делает всё, что скажете.

– Тот миг, когда он перестанет служить и захочет править, может наступить очень скоро, – ответила Туонела. – Может быть, профессиональная деформация, но у меня плохие предчувствия.

28 - "Чужой"

Аннотация: Котар Ва-кенн уже не тот славный воин-чародей из капитула Саламандр, которого когда-то отправили эмиссаром к вольному торговцу Георгу Хокбергу. Котар преодолел слабость от увечий и пробил незримый потолок в порочном колдовском искусстве.

Вот только будут ли рады его успехам боевые братья? Узнают ли Котара вообще?

1

Котар развернул промасленную ветошь и увидел протезы рук. Они оказались увесистыми, но Котар всё равно поднял один, чтобы рассмотреть получше.

Мастерица стояла позади. Она опустила взгляд, завела одну ногу за другую, своим рукам места так и не нашла: то за спину убирала, то складывала в замок у груди.

– Крупные. – Котар положил образец на верстак и провёл ладонью по бронированной обшивке.

Новые протезы больше напоминали несколько элементов силовых доспехов, – от латных перчаток и до наплечников, – лишь в сочленениях Котар заметил не гофрированный уплотнитель, а каркас с искусственной мускулатурой.

– Я размышляла над тем, чтобы сделать для каждого аугментированного десантника варианты для сражений и для повседневной жизни, – проговорила Сера чуть громче, чем обычно. – Боевые протезы крепятся напрямую к силовым доспехам, а потому заменить сломанные будет гораздо проще. Раненые быстрее вернутся в строй. Даже доспехи снимать не придётся!

Котар усмехнулся, бросил быстрый взгляд на Серу, поделился настроением, а потом сказал:

– Ловко.

Щёки Серы порозовели. Стоило Котару добавить "всё гениальное просто", Сера совсем покраснела. Чтобы чётко сказать "спасибо", ей пришлось прочистить горло. Она затараторила, но Котару не пришлось её останавливать, – за годы привык к торопливой неразборчивой речи:

– У меня большой опыт! После каждого сражения приходится лечить хотя бы одно увечье! Никогда бы не подумала, что Ангелов так часто и так страшно ранят!

– Война. – Котар пожал плечами и продолжил после короткой паузы: – В священных писаниях нас часто называют Гневом Бога-Императора, Его Огненными Слезами, что льются на еретиков, чужаков и мутантов. Иногда нас именуют полубогами и наделяют невероятными силами… даже бессмертием, но горькая правда в том, что мало какой космический десантник преодолевает рубеж пятидесяти лет. В среднем мы живём примерно столько же, сколько и обыкновенный имперский гражданин, которого мучают лёгочные болезни и слабое сердце. Я, Авраам, магистр Сава – погрешность. Но ты уже и сама, – Котар подмигнул Сере, – успела в этом убедиться.

– И это ужасно! Мне страшно представить, с чем вы встречаетесь на поле боя! То, что я узнаю от Агнца – одно, а вот… – следующие слова Сера прошептала, – столкнуться с демоном лицом к лицу… Я даже на ногах мурашки чувствую!

Котар кивнул и ответил:

– Даже лучший автор… даже тот, кто пережил подобное, не передаст всех ощущений. – Котар хмыкнул. – Спроси у мужа, но, скорее всего, он тоже не расскажет ничего связного.

– Виллентино?!