– В компании о таком не принято распространяться. Даже близким не рассказывают. И не только потому, что вспоминать страшно.

Котар прикрыл новые протезы ветошью, отошёл от рабочего стола и сказал:

– В любом случае, отличная работа. Это на самом деле здравая идея, Сера, особенно в моём случае, когда не так уж много своего осталось.

Он помолчал немного и добавил:

– Кстати, ты не думала сделать то же самое для пустотных абордажников?

Сера скривилась и махнула рукой:

– Капитан и так говорит, что они дорого обходятся. Мне иногда кажется, что ему техника дороже людей.

Котар едва подавил смешок, но ни мыслями, ни настроением делиться с Серой не стал, вместо этого ответил:

– Капитаном редко движет человеколюбие, разве что нажива. Слава Богу-Императору, что хотя бы так он служит Империуму, а не кому-то ещё.

Сера вздохнула, а Котар указал пальцем за спину, где на верстаке лежали протезы, и спросил:

– Когда можно будет испытать?

– Когда? Да хоть сегодня! У меня вахта заканчивается через пару часов, я отпрошусь у мужа и зайду к бронникам.

– Нет. – Котар покачал головой и поделился псионическим теплом. – Возвращайся-ка лучше домой. Протезы мы завтра испытаем.

– Хорошо!

Котар откланялся, успел добраться до выхода, когда услышал:

– А можно… Впрочем, нет.

Котар остановился, подождал вопроса или просьбы. Сера немного поколебалась, а потом всё-таки сказала:

– Можно посмотреть на ваш… на твой глаз?

Котар прищурился, а Сера скороговоркой добавила:

– Я когда последние снимки делала, заметила, что у тебя там что-то есть!

Котар сложил руки на груди, помолчал немного, а потом отозвался:

– Я ещё не закончил работу. Мне не нравится результат.

– Хоть одним глазком! – Сера свела ладони. – Это же жутко интересно!

Котар вздохнул и проговорил:

– И всё-таки… – Он смолк.

– Мы же друзья! Вдруг я смогу помочь? Посоветовать что-нибудь?

С протезами Котара не улыбнуться, поэтому он снова послал Сере что-то среднее между весёлостью и грустью.

– Так уж и быть, – ответил он спустя несколько мгновений. – Но только не пугайся, и пусть это останется между нами.

Забегая вперёд, скажу, что не так уж и сложно разговорить Серу.

Котар сел на медицинскую кушетку, где Сера осматривала пациентов. Мебель специальная, так как обычных пациентов Сера уже не вела. Для обычных под её руководством работал целый корабельный госпиталь.

Котар снял повязку, но держал левый глаз закрытым. Сера поставила рядом с Котаром подставку с несколькими ступеньками, подобралась поближе, взяла на изготовку фонарик и кивнула. В следующее мгновение она едва не опрокинулась навзничь, – Котар удержал за руку.

– Ну, я же говорил.

Сера побледнела, дрожала, часто дышала. Когда она более-менее пришла в себя, то спросила:

– Вы видите… этим?

– Да. Даже то, что видеть бы не хотел.

В правом глазе Котара словно бы пламя полыхало, – ничего удивительного для уроженца Ноктюрна. В левой же глазнице поселилась тьма, – не разглядеть ни зрачка, ни радужки, ни глазного яблока. Эта тьма – не отсутствие света и не провал там, где должно было что-то быть. Это какой-то материал… возможно, нечто живое, дышащее, расползающееся на кожу вокруг глазницы шевелящимися щупальцами.

Сера сжала ладони в кулаки так, что до крови расцарапала кожу, вздохнула поглубже и попыталась повторить попытку изучить нечто совершенно необъяснимое.

Выращенный Котаром глаз не отражал свет, он впитывал его, – у Серы задрожали руки, и она спрятала фонарь в карман мантии. Покачиваясь, она спустилась с подставки и села на стул.

– С некоторых пор, – начал Котар, – я понял, что неправильно говорить "использовать псайкерские способности" или "использовать варп-силы". Вполне возможно, что это варп-силы используют меня.