– Я тоже страдал, – произнёс Георг, – я тоже многое потерял и теперь знаю цену нашему опасному делу гораздо лучше, чем когда только начинал. Да, я согласен, дело не лишено риска, но вы же в курсе, – кто не рискует, не пьёт шампанское.

Вилхелм покачал головой, но промолчал. Георг нахмурился, но продолжил: – Говорят, наступили Последние Дни Империума. Можно забиться в угол и дрожать, ожидая смерти. Можно сражаться и пасть во славу Бога-Императора. Я же предпочитаю жить. Быть богатым и знаменитым. Георг выдержал паузу и добавил:

– А вы?

5 - "Новые лица"

Аннотация: новая затея Георга Хокберга, на первый взгляд, с войной никак не связана. Но вы же знаете, как это бывает с компанией Георга Хокберга. Без новых лиц всё равно не обойтись. Призванные или нанятые, добровольцы или насквозь корыстные люди, все они пополнят ряды Classis Libera и отправятся на поиски приключений.

1

У главных врат Форта-Дерике аккуратными квадратами выстроились люди, – всего около двадцати тысяч, включая и персонал, и защитников крепости.

В этом месте хранили и выводили новое бактериологическое оружие, а на днях совершили революцию. Революцию не в смысле создания нового штамма, а старую добрую смену власти. Офицеров, верных губернатору, и техножрецов, ослепших из-за догматов, казнили. Так поступили вообще со всеми приверженцами старых порядков не только в Форте-Дерике, но и на всей планете.

Наверное, каждый гражданин Мордвиги-Прайм увидел светлое будущее где-то там, на горизонте.

Виктория Рёд, лейтенант 14-го полка особого назначения СПО, видела светлое будущее прямо перед собой, всего-навсего в десяти метрах от позиций её роты.

Чистые – ни пылинки, ни пятнышка – силовые доспехи цвета лазури и хризолита. Золотая многоглавая гидра на кирасе. Алый плащ едва-едва, но развевался на ветру. В могучих руках сверкающее потусторонней энергией копьё. Лицо примарха словно бы высечено из камня. Одного взгляда на этого великана было достаточно, чтобы сказать:

"Вот он – избранный Бога-Императора! Он очистит Империум от грязи продажных политиков и жадных торгашей, пьющих кровь трудового народа".

– Я – Альфарий, истинный сын Бога-Императора, – произнёс великан громовым голосом. – От лица всего своего легиона поздравляю вас с победой! Этот день войдёт в историю как момент истины. Диктатура прогнившей власти пала. Со временем падут и остальные цитадели узурпаторов с Терры, потому что мы как никогда сильны, а главное – свободны!

Великан выдержал паузу и продолжил:

– Но… я прошу отнестись к своим обязанностям со всей серьёзностью. Здесь, в Форте-Дерике, хранится ключ от Мордвиги-Прайм. Хранится оружие, с помощью которого можно будет покончить с любым цепным псом коррумпированного режима Повелителей Терры. Даже не сомневайтесь – они обязательно явятся. Но не страшитесь! – воскликнул Альфарий. – Вместе мы прогоним любого врага! Вместе мы сделаем эту галактику лучшим местом для наших детей! Ура, свободные граждане Мордвиги-Прайм! Вперёд! Вперёд к светлому будущему!

– Ура! – выкрикнул каждый солдат, каждый офицер и нонкомбатант Форта-Дерике.

Виктория Рёд тоже кричала "ура". Она даже не сдержала чувств и расплакалась.

Всего через год, глядя на орды оживших мертвецов, глядя на чудовищ, единственный смысл существования которых – распространять болезни, причинять боль и убивать, глядя на то, как родной дом стремительно превращается в ад на земле, Виктория поняла, как же их всех обманули. Ни галактика, ни Мордвига-Прайм не стали лучшим местом для детей. Эта планета всего лишь превратилась в восхитительную игровую площадку для демонов.

– Держаться! – выкрикнула Виктория. – Ни шагу назад! Я сказала: "Ни шагу"!

К последнему слову Виктория сорвалась на рык, а потом нажала на спусковой крючок. Всего один меткий выстрел, и солдат, который бросил ружьё и ринулся в сторону спуска, упал сначала на колени, а потом уткнулся лицом в пласталевую поверхность крепостной стены.

В своё время комиссаров убивали с особым рвением, – почти каждый такой политический офицер поддерживал железную дисциплину даже в мирное время, и им припомнили смертные приговоры. Однако не прошло и года, как Виктория сама вдруг стала комиссаром.