– Надо бы маску в следующий раз натянуть. Иначе точно подхвачу туберкулёз.

Виктория хмыкнула.

– Следующая на очереди – женская колония, кстати. – Нере подмигнул Виктории.

Она прищурилась. Нере кивнул, мерзко ухмыляясь, и Виктория поняла, что тут что-то не то.

– Гонишь! – предположила она. – Ещё скажи, что детей начнём призывать.

– Пока только о бабах слышал, – отозвался Нере, – но случалось и так, что и детей призывали. Не слыхала что ли о Нагарском Детском Крестовом Походе?

Виктория вспомнила о сигарете только тогда, когда та дотлела до пальцев. Она выбросила её, растерев сапогом о скалобетон.

– Так вот… хе-хе, – продолжал Нере. – Наш преподобный и великомучимый святой – один из тех немногих боевых детишек, кто пережил то безобразие.

– Чёрт, ну и дурацкая идея, – проговорила Виктория. – Как вообще до такого додуматься можно?!

Нере пожал плечами, а потом ответил:

– Ну, не с жиру бесились. Пришлось.

Виктория покачала головой и проговорила:

– У тебя и истории, конечно. А мне теперь думать, что с бабами делать. У меня не все мужики справляются!

Нере вытаращил глаза и притворно удивился, подражая голосу капитана:

– А что такого?! Ноги есть, руки есть. Бегать и стрелять могут!

Виктория только отмахнулась в сердцах, не прислушиваясь к издевательскому смеху. Она уже собиралась вернуться на собеседование, чтобы опросить ещё партию добровольцев, когда Нере перехватил её за руку и сказал:

– Кстати… не хочешь перейти ко мне инструктором? Жалование, конечно, меньше, но зато и риска меньше. Возможно… мне только кажется, но тебе, похоже, достаточно. Набегалась и настрелялась уже.

Виктория посмотрела под ноги, помолчала немного, а потом ответила:

– Я всё-таки закончу с Хелгой. А потом… не знаю, сделаю перерыв. Год-два. Козырь тоже уходил.

– Разумно. – Нере кивнул и добавил: – Главное – не закончить, как Козырь.

– Ага.

7

Георг летел над владениями Валентина Богартса уже несколько минут и размышлял над тем, хотел бы он владеть подобными землями или нет.

Гектары каменистой пустоши с бледно-зелёными островками кустарников, собственные леса, пусть даже совсем не густые, очень даже широкие реки и целая гора, да ещё и со снежной шапкой!

Здесь можно было найти развлечения на любой вкус: заняться конным спортом – или на чём там ездят на Гийоцине? – поохотиться, устроить сплав вниз по течению, забраться в горы, чтобы установить там флаг. В конце концов, развернуть производство чего-либо, чтобы стать в разы богаче.

Вот только ничего из этого не унесёшь с собой. Не в том смысле, что "на тот свет", а в самой сути слова "недвижимость".

Георг предпочитал движение.

Корабли. Капиталы как корабли.

После неудачной кампании на Скутуме, когда он стал военным преступником не на какой-то отдельной планете, а в рамках всего Империума, Георг отлично понял цену всем этим землям, дворцам и деньгам в банках. Всё это сверхъестественно быстро испаряется и меняет владельцев. Чудеса, да и только.