— Чего-то мутят, — хмуро отозвался книжник, который до того из сарая мастеров мёртвых дел и носу не казал — чуть ли не ночевал там даже.

И тут же послышался окрик:

— Разговорчики!

В итоге пообщаться получилось уже только после завтрака. Если новобранцев, из которых к этому времени отсеялся каждый третий, сразу погнали на стрельбище, то тайнознатцам традиционно выделили время на самоподготовку. Сквозняк и парочка деревенских обалдуев завалились спать, Огнич устроился медитировать на вытащенном из барака тюфяке, а мы с Дарьяном филонить не стали и двинулись на тренировочную площадку.

— Так ты теперь не белый, а красный? — спросил Дарьян.

Я покачал головой.

— Не! Склонность к белому аспекту никуда не делась, просто ещё порчу до конца не вычистил. А что оба глаза одинаковые — это Беляна помогла абрис сбалансировать.

— Видел её? — заинтересовался книжник. — И как она?

— Цветёт и пахнет! — усмехнулся я. — Из главной усадьбы куда-то в Тегос перевод получила, но пока не знаю, куда именно.

— Ясно.

— Да ты как сам-то? — поинтересовался я. — Вас вообще из сарая не выпускали, что ли?

— Вроде того, — кивнул книжник и провёл пальцем поперёк горла. — Работы было — во! Мне с учётом боевых за это время почти пять сотен набежало!

— Ого! — впечатлился я. — Да ты такими темпами до конца года с долгами рассчитаешься и в Поднебесье уплывёшь!

— Рассчитаться — реально, — на полном серьёзе подтвердил Дарьян. — Уплыть — едва ли.

— В смысле? — не понял я.

Книжник глянул на меня свысока.

— Думаешь, долг закроешь и всё? Ничего подобного! В Тегосе — да, там без проблем. А тут — война! Пока затишье не наступит, никто тебя из расположения не отпустит. А затишья раньше сезона дождей ждать не приходится.

— Серьёзно? — озадачился я. — Это законно вообще?

— Законно. И в индивидуальных контрактах, и в соглашении со школой прописано.

Я поскрёб подбородок.

— Но зато денег получится поднять!

— Получится? — хмыкнул Дарьян. — Скажи уж: придётся! Знаешь, сколько билет на пароход до Южноморска стоит?

— Удиви.

— Ну я тут поспрашивал, за койку в каюте третьего класса не меньше ста семидесяти целковых просят. А в сезон и две сотни ломят.

— Сколько?! — охнул я, поражённый озвученной ценой до глубины души.

— А билет второго класса и триста пятьдесят целковых потянет, — добил меня книжник.

— Третий класс — это как мы плыли, на головах друг у друга?

— Именно! — подтвердил Дарьян. — И, сам понимаешь, с пустыми руками в Поднебесье возвращаться смысла нет, хотя бы на первое время капиталец понадобится. А краткосрочные контракты никто с адептами и аколитами не заключает. Первым на год вербоваться приходится, вторым самое меньшее на полгода. Вот и думай, сколько тут ещё прокуковать придётся.

Я поскрёб затылок.

— А если не вербоваться?

Книжник покачал головой.

— Не вариант. Такими поборами обложат — взвоешь. Тут с этим строго. Без патента на работу даже почесаться нельзя. — Он усмехнулся. — Слышал, многие из тех, кому возвышение и даром не сдалось, вот так втягиваются и остаются. Живут припеваючи, не то что в Поднебесье. Только и головы лишиться проще простого.

— Если кабальный контракт закрыть и на нормальную работу устроиться, риск не так уж и высок, — отметил я. — Ты кадавров можешь делать где-нибудь подальше от передовой. Меня в госпиталь на полторы сотни в месяц возьмут. Надо только не в носу ковыряться, а за книги засесть и патент врача получить, пока денежки копятся.

— А чего сразу не магистра медицины? — усмехнулся Дарьян.

Пошутил, конечно, но я сделал вид, будто воспринял его вопрос всерьёз.

— Учёную степень только в университетах присваивают — не потяну. А врачом стать сложно, но можно. Надо только с проклятиями работать наловчиться. Тогда и в Поднебесье зубы на полку класть не придётся.

На площадке для тренировок я первым делом достал из ранца зачарованное ядро и протянул его товарищу.

— Ну-ка, метни в меня!

Дарьян зябко поёжился.

— Знаешь, как-то больше не хочется в руки эту штуку брать.

Я фыркнул и выудил из ранца пару перчаток, купленных по случаю в городе, но ещё так ни разу и ненадёванных.

— Держи!

Перчатки из пропитанной каучуком ткани пришлись книжнику впору, он с сомнением принял у меня зачарованное ядро и взвесил его в руке.

— Вроде, раньше немного легче было?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Кидай!

Закрыл глаза и тут же предельно чётко ощутил магические искажения.