— И чё это было?.. — озадаченно почесал макушку медведь, выражая своим вопросом общее настроение толпы на площади.

Облако, снижаясь, распадалось на мелкие фрагменты, трепещущие на ветру словно замысловатая стая птиц, и постепенно легло на город россыпью беловато-жёлтых листовок из пергаментной бумаги. Эльф, изловчившись, перехватил одну из бумажек прямо в полёте и впился взглядом в витиеватые строки текста, обнаружившиеся на её поверхности.

— Что это было, говоришь? — хмыкнул он и повернул листок к приятелю. — Это была реклама.

Веребеар, прищурившись, наклонился к бумажке и хрипло пробубнил первые строчки текста:

— «Готов ли ты бросить вызов всему серверу? Всего через двадцать один день! Темнейший, мрачнейший и бескомпромиснейший турнир всей Аркадии приглашает отважных бойцов на…»… — он на пару секунд замолчал. — … Чё? И они пригнали сюда этот имперский разрушитель только чтоб флаеры рассыпать?!

Фёдоров Максим

Где-то на работе

Обездоленная пустошь была местом красивым, но весьма неприятным. Чтобы комфортно и бездумно шагать по ней куда глаза глядят, сначала следовало по самые уши нахлебаться зелий стойкости к холоду, жару и электричеству, так как куда бы ты ни шёл, с одной стороны тебя всегда ожидали обжигающе-холодные хрустальные льды, пытавшиеся устроить тебе обморожение всего лишь одним своим видом, а с другой стороны подстерегали бурные потоки извивающейся огненно-электрическими хлыстами и петлями плазмы, способные оставить от тебя лишь пепел мимолётным касанием.

Но, так как запасы ингредиентов дяди Жоры располагали лишь, в основном, к изготовлению ядов и взрывчатки, вариант «набулькаться зелий стойкости» был нам практически недоступен. Знали бы заранее, что так выйдет — запаслись бы какой-нибудь магазинной едой с баффами.

В связи с этим, передвигаться мы могли лишь по небольшой, относительно безопасной полосе, где убийственный мороз сталкивался с беснующимся жаром, порождая в точке соприкосновения условно комфортные и безопасные условия. Сходя с этой тропы жизни в сторону ледяных торосов, можно было в кратчайшие сроки превратиться в ледяную скульптуру, так как температура снижалась крайне стремительно. А приближаясь к берегу плазменной реки, следовало быть готовым к тому, что тебя отправит на алтарь шальной протуберанец, вырвавшийся из потока раскалённого газа.

Впрочем, особого дискомфорта такие условия не доставляли, так как пустоши полностью соответствовали своему определению обездоленных и весомых поводов сильно отклоняться от безопасной тропинки попросту не находилось. Помимо двух-трёх разновидностей монстров, тут больше не было никого и ничего. Никаких намёков на подземелья или руины, никаких местных жителей, что могли бы выдать задание.

По крайней мере, такое впечатление сложилось у меня вчера после недолгой прогулки перед завершением игровой сессии.

Так ли это, или же локация таки что-то скрывает, должны были сегодня выяснить дядя Жора с Иназумой. Ну а я, тем временем, отрабатывал рабочую смену, медленно прожариваясь в охранном экзоскелете, патрулируя бетонную площадку на летнем солнцепёке.

Уверен, пока я тут катаюсь туда-сюда, мои друзья вовсю крошат местную немногочисленную живность, виденную вчера поодаль от капища. А из живности, как и положено, вываливается всякое. А будет ли дядя Жора, собственно, дядей Жорой, если не попытается засунуть это самое всякое в алхимическую колбу? Конечно же, нет. Пенсионер наверняка уже вовсю ставит какие-нибудь эксперименты и будет большой удачей, если вечером, когда я зайду в игру, в округе не окажется парочки глубоких воронок от неудачных алхимических реакций. Хотя, надо отметить, что вчера, когда мы попытались поковырять или взорвать флакончиком местный лёд, у нас ничего не вышло. Даже загадочный чёрный меч японки не оставлял на нём ни царапины.

И это было к лучшему. Почему-то масштабы наших взрывов постепенно становились всё больше, а горящий горизонт со стороны Дарратской гряды был ярким тому напоминанием. И местность, в которой нельзя было повредить окружение, выглядела истинным благом. Может, потому Эр нас туда и засунул, чтоб мы не навредили ещё больше?

Подозрения по поводу дяди Жоры, основанные на железобетонной уверенности, меня не подвели. Когда я уже выходил с вещами из раздевалки, закончив смену, от старика вдруг пришло короткое сообщение: «Лёд замораживает!».

Что гном хотел этим до меня донести — оставалось загадкой. Единственное, в чём я был уверен, так это что Жора до чего-то доэкспериментировался. Может, до чего-то полезного. А может просто вморозил свою бедовую бороду в ближайшую глыбу льда.

На связь после этого Жора не выходил и мои уточняющие вопросы остались без ответа. Даже не просто без ответа — их попросту не прочитали. Старикан накинул интриги и был таков. Вероятно, выпрыгнул из игры в исследовательском угаре, желая срочно поделиться ошеломительным новостями, написал сообщение и сразу вернулся обратно.