— Да ну тебя, — отмахнулся Жора и задорно встопорщил бороду, глянув на меня. — Короче, эти льдышки замораживают любую жидкость, без всяких исключений, в отличие от той же снежной соли. Та самая вещь, о которой я мечтал для создания нужной смеси алкогольного мороженого. Но есть нюанс. Сейчас я тебе, котэ, фокус покажу.

Перейдя от слов к делу, старик схватил с камня пузатую бутыль с каким-то пойлом и щедро плеснул в мерный стакан изумрудно-зелёную жижу примерно до половины. После чего кинул в неё пару небольших кристаллов, словно собирался сделать коктейль со льдом.

Сначала ничего необычного не происходило. Льдинки несколько раз весело дзынькнули о стенки стакана и затихли на дне. Но спустя пару секунд началась бурная реакция. Стакан резко, до хруста заиндевел и из него повалили густые клубы не то тумана, не то пара, словно внутри стакана что-то кипело. А потом с лёгким хлопком этот туман вспыхнул и сжался до танцующего в стакане языка пламени.

После этого Жора с жестом опытного фокусника взял сосуд и перевернул его вверх дном. Огонь немного потрепыхался за стеклом и потух, оставив после себя лишь просвечивающее сквозь иней зелёное пятно, явственно висящее над поверхностью импровизированного стола. И чем тоньше становился слой постепенно исчезавшего инея, тем очевиднее становилось, что жидкость внутри полностью замёрзла, пустив по стеклу сосуда тонкие трещины.

Старикан как-то хитро на меня взглянул и снова перевернул стакан.

— Хоба! — гном ещё не успел закончить возглас, а содержимое стакана вновь загорелось.

— Офигеть, — только и смог сказать я.

— В целом, горючий лёд — вещь науке известная, — задумчиво сообщил мне пенсионер. — Банальное кристаллическое соединение газа и воды. Добывают на дне океана. Есть ещё твёрдый этанол, но это уже сугубо лабораторные штучки, гхм… Вот только ничего из них не должно самовоспламеняться в нормальных условиях.

— Слушай, ну это, всё же, фэнтези игра, — напомнил я старику.

— Так-то, конечно, да, — кивнул гном. — Вот только ишь какое дело — тут у всякой алхимической реакции есть хоть и выдуманная, но логика. И здесь она тоже должна быть, но я пока не понимаю процесс. Известно только, что воспламенение происходит лишь при контакте со спиртами. Хоть с обычным, типа этой браги, хоть с алхимическим, для зелий. Ещё смотри какая забавная штука, — он внезапно сунул палец прямо в огонь и показательно им пошевелил. — Вообще не горячий, — сообщил он.

— Дела… — протянул я, начав разглядывать пламя поближе.

От него и правда не веяло никаким жаром. Правда, проверять это методом научного тыка я не решился. У деда, вон, «Кираса пожарного» есть, может она его и спасает. А я палец зазря подпалю.

Старик, тем временем, потянулся к отодвинутым в сторону стаканам и взял оттуда один с красноватым содержимым, продемонстрировав его мне.

— Незадолго до твоего прихода, котэ, я кой-чего попробовал. Добавил к базовому реагенту состав-разрыхлитель. И вот что вышло.

Старик снова залез пальцем прямо в пламя, но на этот раз намного глубже, окунув его прямо в содержимое и вытаскивая наружу небольшую рыхлую горку, немедленно загоревшуюся со всех сторон.

— Видал, котэ? — торжествующе заухмылялся Жора. — Почти настоящее мороженое! — он засунул палец в рот и довольно причмокнул. — Со вкусом лёгкого паралича. Попробуешь?

Дядя Жора и Валерьян

Где-то за Дарратской грядой

— Эй, горе-экспериментаторы, — неожиданно окликнул нас Тарагар. — Я тут подумал. Если у вас сейчас лёд горит, то как вы вчера весь ледник не подожгли, пока по глыбам стреляли? А? Или вы это и планировали, да только облажались? Мало вам было моей бедной, несчастной родины?! Вы хотели ещё один регион в пепел превратить?!

— Ой, угомонись, костлявый, — недовольно заворчал Жора. — Не начинай по новой про родину. Ты, между прочим, такой же виновник как и мы.

— Не дождётесь! — завопила черепушка, негодующе клацая челюстями и яростно сверкая глазницами. — Я буду протестовать в суде и всё отрицать! Вы меня туда против воли притащили!

Переведя взгляд с беснующегося Тарагара на окружающий пейзаж я невольно призадумался.

— А правда, дядь Жор. Я ведь вчера жахал по льдинам и обычными флаконами, и горзитовыми. И по льдолемам тоже жахал, кстати. Ничего не горело. Почему в стакане горит?

Гном шумно почесал розовую бороду и сформулировал предельно ёмкий ответ: