— Я тоже, — тихо подтвердила Вита и быстро скомандовала. — Макс, ты за руль. Я вас догоню по дороге.

И с этими словами исчезла, будто ее тут никогда и не было.

— Ну наконец-то, — оборотень улыбнулся.

— Рад ее исчезновению? — не поверила Рада.

— Нет, рад тому, что мне доверили самое дорогое.

— Меня? — Никита улыбнулся.

— Машину, — Макс рассмеялся. — Поверь мне, тачка будет стоять на первом месте. А может и нет.

Витторина посмотрела на Миранду и глубоко вздохнула.

— Как ты со своей неизменной внешностью остаешься незамеченной? — спросила Марена, окидывая Виту презрительным взглядом.

— Хватит, — спокойно отозвалась она. — Даже если ты получишь власть, то это не продлится долго. Тогда к чему все это?

— Ты не поняла. Я хочу абсолютную власть и над миром живых, и над миром мертвых. Всадники меня поддержат и я стану самой могущественной.

— Глупо, — Витторина улыбнулась. — Посмотри вокруг. Все меняется…

— Ты бережешь этих людишек? — Миранда расхохоталась. — Тех, кто мечтал о твоей смерти. даже в стенах Академии Лемур, даже когда все было хорошо они желали твоей смерти.

— Это их право.

Миранда покачала головой.

— Я тебя не понимаю. Мы же другие, Марены, мы выше этих людишек, тогда зачем?

— Не поймешь, — Вита усмехнулась. — Просто не стой у меня на пути.

— Еще посмотрим, — протянула она и исчезла.

Витторина вздохнула и материализовав мотоцикл, поспешила догонять Макса. Не догнала — вся компания уже удобно расположилась в гостиной и ела пиццу.

— Оперативно вы, — заметила Смерть, бросая на вешалку кожаную куртку.

— Слушай, война войной, а кушать хочется всегда, — Макс улыбнулся.

— Ну пусть так, — согласилась она и посмотрела на внука, который не сводил с нее глаз.

Никита широко улыбнулся и подбежав, обнял Витторину за талию.

— А я знал, что ты вернешься, — заверил он. — А не все верили.

— Конечно вернусь, — Смерть улыбнулась и бросила взгляд на Раду, сидящую на кухне. — Макс, уложи, пожалуйста, детей на втором этаже.

— Ребетня, кто последний тот и лох! — задорно крикнул оборотень и первый бросился к лестнице. Дети, как оголтелые поспешили за ним.

Витторина неспешно прошла на кухню и включила кофемашину.

— Ну давай поговорим, — она обернулась к женщине. — Ты мне тоже не нравишься, только я не собираюсь мешать вашей семье.

— Да ну? — отчего-то удивилась Рада. — Почему же?

— Потому что ты — это выбор моего сына, и я его уважаю. Это ваша семья и ваши проблемы. И если бы Матвей не обратился ко мне за помощью, то я, возможно, и не вмешивалась.

— Возможно?! То есть значит вмешалась бы?

— Если бы угрожала серьезная опасность. Как ты, наверняка, знаешь мои способности Катарсиса велики.

— Я не хочу, чтобы мы хоть что-нибудь имели общее с тобой, — прошипела Рада. — Это подвергает нас опасности.

— Увы, — Витторина покачала головой. — Мой сын унаследовал геном Марены. Мой внук унаследовал от своего отца геном Марены. Вы связаны с этим так или иначе. Да, признаю, вы достаточно легкая мишень и выборов не так много: либо всегда находиться в бегах, либо принять бой.

— Этого ты желаешь своему сыну и внуку? — Рада горько вздохнула.

— Я понимаю тебя. И как мать, и как женщина. Я потеряла мужа, я потеряла сына…Глеба. И я вас всех переживу, увы. Думаешь, я не хотела счастья для вас всех? Хотела, но как видишь — не получилось.

— Тогда сделай это ради счастья своего сына и внука — исчезни из их жизни. Да, какое-то время мы будем в бегах, но мы сможем начать новую жизнь, — попросила Рада.

— Ты зря надеешься, что вас оставят в покое, — Витторина покачала головой.

Яркая вспышка озарила пространство и…

Она узнала о ее приходе задолго до академских и направилась ей навстречу, открывая доступ в Барьере.

— Привет! Как настроение? — весело уточнила Вита, обнимая Марту за плечи. — Ужасно по тебе соскучилась.

— Значит ты не бросила эту идею…боюсь Лемур будет не в восторге, — хмуро заметила Вторая Смерть.

— Значит придется смириться, — она улыбнулась.

Их пропускали, как прокаженных, расступаясь в стороны и не скрывая презрения в глазах. Для Марен это не стало в новинку, но и приятным назвать происходящее нельзя. Они шли не торопясь, напоминая, что никого не боятся, в отличии от собравшихся. Дневная и Ночная Стражи пристально следили за каждым движением, готовясь вступить в бой.