— Мирного ведь? — поправила его Паландора.

— Да. На эскатонском — да, вы правы. Только матери моей этого не говорите. В виктонском языке страна — женского рода, и свой край они называют просвещённой Виктоннией. Но, независимо от этого, пока что на Ак'Либусе армия нужна только для того, чтобы бороться с мелкими разбойниками и правонарушителями, да изредка посылать отряды на материк для участия в военных действиях, в которых для нас нет ни выгоды, ни чести. Мой дедушка, возможно, был неплохим главнокомандующим, но ему так и не дали возможности блеснуть своим талантом.

— Он был дружен с Верховным королём? — спросила Паландора.

— Не знаю. Возможно, состоял с ним в таких же ровных деловых отношениях, как мой отец с королём Дасоном.

— И он никогда не рассказывал твоему отцу или бабушке о каких-нибудь… необычных людях в его жизни?

Рэй пожал плечами и почесал нос.

— Смотря кого считать необычным. Мой дед был знаком со многими выдающимися людьми: учёными, полководцами, артистами. В молодости он был представлен императору. Я вижу, любезная Паландора, вы перешли на «ты» — это вышло случайно или вам, в самом деле, будет проще обращаться ко мне таким образом?

— Простите меня, Рэй, я не заметила, — спохватилась девушка. — Но, на самом деле, мне действительно так проще. Если вы не возражаете, мы можем перейти на «ты».

— С радостью, — согласился юноша.

— Так вот, Рэй, я постараюсь спросить поточнее. Твой дед рассказывал о необычных людях, которые владели какими-нибудь сверхъестественными способностями?

— Ты хочешь сказать, о ведьмах? — уточнил её собеседник.

На этом слове у Паландоры похолодели руки и сердце ушло в пятки, но она кивнула.

— Нет. Он же не настолько старый, чтобы застать эпоху освоения Ак'Либуса. Вот те люди много чего могли порассказать, да так, что не отличить уже, что вымысел, а что правда. А почему ты интересуешься?

Паландора с улыбкой покачала головой.

— Да так… В рамках изучения истории родного острова. Скажи, тебе удалось немного отдохнуть?

Рэй моргнул и наклонил голову.

— Вот и славно. Поторопимся. Я знаю, куда идти.

Её голос звучал так уверенно, что Рэй даже не стал уточнять, чем эта уверенность была обусловлена. Стараясь ступать лишь на здоровую ногу, он поднялся, опираясь на ствол сосны, и двое продолжили путь. Уже довольно скоро они вышли к просеке, а от неё до Астура оставались считанные мили. Теперь можно было не спешить, и они неторопливо добрались до трактира впотьмах. Едва взглянув на киана об одной ноге, Иволга тут же послала за лекарем. Тот, осмотрев и ощупав многострадальную отёкшую лодыжку, установил умеренное растяжение, обработал ногу мазью и, наложив на неё давящую повязку, прописал как минимум трёхдневный постельный режим с иммобилизацией конечности.

— Выражаясь простым языком, это означает, что домой я вернусь только к концу недели, — сказал Рэй. — Плакали наши мельницы.

— Мельницы никуда от нас не уйдут, — заверила его Паландора. — Позаботимся сначала о тебе.

Вместе с горничной она помогла ему подняться в комнату и лечь в постель, предварительно развернув её так, чтобы можно было, не вставая с неё, любоваться видом из окна.

— Мне очень нравится смотреть в окно, — пояснила она. — Последний раз, когда я была простужена, я чуть не умерла от скуки. Представь себе: целыми днями лежать в постели и даже не иметь возможности видеть, что происходит на улице. Так что я лучше подвину тебе кровать.

Рэй поблагодарил её и заметил, что вовсе ни к чему было так себя утруждать.

— Разве ж это труд, — возразила девушка. Она покинула его до утра, наказав, если что, звать её на помощь в любое время. И ещё неоднократно проведывала его в своей особой манере, но об этом он знать не мог.

Глава 16

На следующее утро Паландора принесла ему поднос с нарезанными ломтями садовыми яблоками, поджаренным хлебом с растительным маслом, жареными белыми грибами с петрушкой и смородиновым чаем. За завтраком они ещё раз обсудили своё положение. Рэй мог бы нанять экипаж и отправиться в замок, но он не сильно горел желанием показываться в таком виде перед семьёй. Брат с сестрой принялись бы потешаться над младшеньким, который повредил ножку, да и отцу лучше было предъявлять себя здоровым и полным сил, чтобы тот не жалел, что на него положился. Куда спокойнее было провести время здесь — к тому же, в такой приятной компании. Будучи галантным молодым человеком, он, разумеется, поинтересовался у Паландоры, не отяготит ли её присутствие здесь и не ожидают ли её дома, на что девушка ответила, что о возвращении домой покуда речи идти не могло. Она не в состоянии была даже помыслить о том, чтобы бросить его здесь одного.

— Ну почему одного? Я в надёжных руках. Горничные Иволги за мной присмотрят.

— Не знаю, не знаю, — покачала головой Паландора и поправила ему подушки. — Между прочим, у меня есть для тебя сюрприз, — сказала она и протянула ему тростниковую дудочку.

— Смотри, что я обнаружила сегодня в лавке. Это, конечно, не виктонская флейта, но тоже неплохо звучит, не правда ли?

Рэй улыбнулся и попытался сыграть первую попавшуюся мелодию.

— Да, в самом деле, — признал он. — Большое тебе спасибо. Ходить я пока не могу, так хотя бы помузицирую.

— Будешь сочинять музыку?

Рэй покачал головой.

— Просто играть. Музыку я не пишу: для этого, как мне кажется, нужно особое вдохновение. Такое меня пока ещё не посещало.

— Ну так, быть может, посетит сегодня или завтра.

Она взяла из его рук опустевший поднос и поставила его на кофейный столик посреди комнаты. Присела на край кровати и попросила Рэя сыграть что-нибудь весёлое.

— Весёлое? Подожди, я подумаю…

— Как насчёт пятерых гусят? Но там нужно подпевать: