— Альфа! — Картер в тревоге кричит, подбегая к Полу и хватая его за руку, чтобы помочь ему подняться.

Он сердито шлепает своего Бету по руке.

— Отвали от меня на хрен!

Картер отшатывается, успокаиваясь.

Киска.

Точно такой же, как Пол не заслуживает быть Альфой, Картер не заслуживает быть Бетой. Ему дали эту должность только потому, что Пол знает, что он соглашается со всем, и не снизойдет до того, чтобы подойти к нему. Ни один из них не подходит для руководства этой стаей. Они закапывали ее в землю.

Альфа Пол неуклюже поднимается на ноги, по пути подтягивая джинсы и застегивая пуговицу.

— Это был чертовски глупый поступок, парень, — рычит он, сузив свои сердитые глаза, глядя на меня. — Ты забыл, что я твой Альфа?

— Ты не Альфа, — киплю я, делая угрожающий шаг в его сторону. — Ты не подходишь для того, чтобы возглавлять эту стаю.

Он отрывисто смеется, оглядывая собравшуюся толпу. Все они пристально наблюдают за нами, что-то бормоча друг другу себе под нос, наблюдая, как на их глазах разворачивается наше противостояние. Альфа Пол простирает руки, дико жестикулируя.

— Что, ты думаешь, кто-то другой сможет управлять этим лучше?

Я делаю еще один шаг к нему, сверля его взглядом.

— Я могу.

Остальная часть стаи замолкает настолько, что можно услышать, как падает булавка.

Пол с усмешкой переводит взгляд на меня, закатывая глаза.

Он недооценивает меня.

Он не должен.

— Ты действительно думаешь, что можешь бросить мне вызов, парень? — спрашивает он с кривой усмешкой, складывая мускулистые предплечья на груди и дерзко наклоняя голову.

Этот человек слишком самонадеян для его же блага. Альфа должен быть наблюдательным, держать руку на пульсе всего, что происходит в его стае. Пол не такой. Он не заметил, что я набираюсь сил, готовясь к этому самому моменту.

В то время как он провел последние несколько лет, бездельничая, используя свою силу Альфы, чтобы заставить людей выполнять все его прихоти, и нападая на волчиц в нашей стае в качестве отвратительного способа добиться наказания, я тренировался, зная, что этот день рано или поздно наступит. И зная, что когда это произойдет, я должен быть готов.

— Да, — решительно отвечаю я, расправляя плечи и вздергивая подбородок. — Я вызываю тебя на бой Альфы.

У всех вырывается коллективный вздох. Пол долго смотрит на меня, недоверие окрашивает его черты, пока он обдумывает мое заявление. Затем он внезапно запрокидывает голову, хватается за живот и хихикает, как будто все это какая-то шутка.

Я не вздрагиваю. Я уже произнес эти слова, и их нельзя взять обратно. Протокол Оборотней предписывает, что если кто-то заявляет о своем намерении бросить вызов текущему альфе, это не может быть отменено, и действующий альфа должен либо уступить свой титул, либо назначить время и место для боя.

Пол опускает подбородок, оценивающе прищурившись и глядя на меня. Я смотрю, как он замечает пот на моем лбу, то, как моя грудь все еще тяжело поднимается и опускается от напряжения, которое потребовалось, чтобы притащить тело Стефана сюда.

Хорошо. Пусть он думает, что я слабый.

Я немного подыгрываю, позволяя своим плечам опуститься и сгорбиться, дышу немного более неровно. Я знаю, что это работает, когда вижу озорной блеск в его глазах, его губы приоткрываются, когда он проводит языком по своим кривым зубам.

— Прямо здесь, прямо сейчас, — заявляет Альфа Пол.

Стая издает еще один резкий вздох, полностью поглощая это.

В мою сторону бросают нервные взгляды, люди нервно ерзают и заламывают руки, но никто не вмешивается. Я уверенно окидываю их взглядом и среди моря глаз выбираю темно-карие, которые подходят к моим собственным. Моя мать едва заметно кивает мне, уголок ее рта приподнимается в понимающей ухмылке.

Она прекрасно знает, что я планировал это. Черт возьми, она организовывала это с самого моего рождения, вбивая в меня мысль, что это было мое право когда-нибудь взять на себя роль Альфы. Она злится, что я так долго ждал, чтобы бросить вызов Полу.

С другой стороны, может быть, если бы я этого не сделал, волки, которых мы потеряли сегодня, были бы все еще живы. На Шайенн не напали бы и не пометили против ее воли.

— Я принимаю, — уверенно говорю я, сплетая пальцы вместе и хрустя костяшками.

Глаза Альфы Пола слегка расширяются, но он быстро меняет выражение лица, продолжая изображать самоуверенность. Его губы растягиваются в самодовольной ухмылке, и он проводит руками по груди, привлекая внимание к шрамам, которые контрастируют с его загорелой кожей. Это не первый раз, когда ему бросают вызов. Кучке неудачников вроде нашей не нравится, когда кто-то диктует правила, поэтому с годами люди активизировались. Некоторые были близки к этому, но в конечном итоге потерпели неудачу. Я — нет.