Решив сменить тактичность, я хлопаю руками по подлокотникам своего кресла и поднимаюсь на ноги. Я собираю свои вещи со стола — ноутбук, телефон и ключи, — затем выхожу, мысленно перебирая каждую известную мне информацию о Хавьере Крузе, пока пробираюсь через территорию полицейского участка к парковке.

Мы только вчера познакомились с Хави, когда он появился на нашей территории в поисках убежища для своей стаи, сказав, что они годами скрывались от охотников и ищут место, где можно наконец осесть. Его внезапное появление было, мягко говоря, неожиданным, как и его просьба присоединиться к нашему союзу. Хотя я полагаю, что это имеет смысл, учитывая тот факт, что альянс из шести стай изначально был сформирован для обеспечения численного превосходства в борьбе с общим врагом.

В то время этим врагом была стая теней, возглавляемая Альфой Ксавье — сумасшедшим пуристом-оборотнем, который организовывал атаки против бесчисленных стай по всей стране, чтобы объединить их в свою собственную супер-стаю. Он стремился создать превосходящую расу оборотней и взять власть в свои руки, и способ, которым он добивался этого, был, мягко говоря, жестоким. Он убивал всех самцов с альфа-кровью, не желая оставлять в живых никого, кто мог бы бросить ему вызов в борьбе за власть. Он брал в плен самок с альфа-кровью, намереваясь развести их для создания армии наследников; его ‘высшей’ расы. К счастью, его остановили до того, как его грандиозные планы смогли осуществиться.

Альянс из шести стай был тем, что в конце концов сразило его наповал. Мои родители участвовали в войне против стаи теней, когда были в моем возрасте, и хотя это было десятилетия назад и враг давно побежден, наши шесть стай все еще проживают на этом клочке земли в дикой местности северного Колорадо. Стаи остаются отдельными, но сплоченными, действуя как единое целое, когда дело доходит до вопросов безопасности — и возможность допустить другую стаю на нашу территорию для вступления в альянс определенно вызывает опасения по поводу безопасности.

Вот почему я взяла на себя задачу разузнать все, что смогу, о Хавьере Крузе; потому что это моя чертова работа. Однако я не ожидала, что это будет так сложно или вызовет кризис доверия.

Вчера Хави приехал на грузовике, но, конечно, на нем не было номеров, так что я не смогла отследить его регистрацию. Он дал свой номер моему другу Мэдду, одному из шести альф, но когда я попыталась отследить его, то поняла, что его телефон — одноразовый. Мой поиск по его имени в Интернете не дал ничего полезного, и хотя все это вместе взятое обычно показалось бы подозрительным, я пока не спешу с какими-либо выводами. Оборотни держались в тени в течение последнего десятилетия, с тех пор как появились охотники. В этом контексте ни одна из этих вещей не является вопиющим красным флагом, но мне все еще нужно что– то, чтобы должным образом проверить Хави и его стаю. Что угодно.

Вчера на заседании совета Мэдд упомянул, что стая Хави временно разместилась в заброшенном мотеле у четвертого шоссе. И поскольку это моя единственная зацепка, именно туда я и решаю пойти.

Не для того, чтобы противостоять ему, конечно. Я лучше работаю в фоновом режиме, выкапывая грязь из-за экрана моего ноутбука. Если я смогу найти место для работы поближе к мотелю, я, возможно, смогу поймать сигнал с устройства кого-то из его стаи, и я смогу использовать это как запасной выход, чтобы взломать систему и получить информацию; выяснить, кто эти люди, и определить, представляют ли они угрозу.

Я сажусь за руль своего Volkswagen Jetta, чувствуя себя лучше теперь, когда у меня появился новый план. Я лучше всего функционирую, когда у меня есть план, оставаясь организованной, составляя списки и графики и методично прорабатывая каждый шаг. Именно так работает мой мозг — мне нужны порядок и контроль. Я рушусь в хаосе.

Мне не требуется много времени, чтобы проехать по извилистой дороге через территорию шести стай, выезжая на четвертое шоссе возле старой лыжной базы. Шесть стай раньше владели горнолыжным курортом и управляла им, но мы закрыли его, когда охотники впервые появились десять лет назад, в качестве меры предосторожности, чтобы оградить нашу территорию от посторонних. Сейчас это всего лишь оболочка его былой славы, хотя мы с друзьями годами использовали заброшенный домик как место для проведения вечеринок.

Я поворачиваю в противоположную от коттеджа сторону, двигаясь по шоссе, пока не натыкаюсь на поворот дороги прямо перед старым мотелем. На этом участке шоссе почти нет движения, поэтому я без колебаний съезжаю на обочину, паркуя машину вне поля зрения мотеля. Это должно быть достаточно близко, чтобы попытаться уловить сигнал, но в то же время достаточно далеко, чтобы я могла оставаться незаметной.

Я заглушаю двигатель, хватаю свой ноутбук с пассажирского сиденья, открываю его на коленях и загружаю. Мои пальцы порхают по клавишам, пока я набираю свой пароль, затем запускаю программу для поиска сигналов с близлежащих устройств.

Список только начинает заполняться, когда мою напряженную сосредоточенность прерывает стук в окно, пугающий меня так сильно, что я подпрыгиваю на своем сиденье, грудь сжимается от тревоги. Я поворачиваю голову в сторону источника шума только для того, чтобы увидеть того самого человека, о котором я изо всех сил пыталась нарыть информацию, стоящего прямо возле моей машины и вглядывающегося в меня.

Ладно, быть пойманной решительно не входило в этот план.