Мое сердце колотится о ребра, кровь приливает к ушам, когда я захлопываю крышку ноутбука и нажимаю кнопку, чтобы опустить окно, изо всех сил стараясь контролировать выражение лица и дыхание.

— Нужна помощь? — спрашивает Хави, когда окно опускается, вопросительно наклоняя голову.

Я почти забыла, насколько он до смешного привлекателен. Он высокий и крепко сложенный, с золотистым загаром и обезоруживающей улыбкой. Его густые черные волосы немного длиннее на макушке, уложены в стиле «фоксхок», а его сверкающие темно-карие глаза притягивают меня одним взглядом. По сути, он воплощение высокого, темноволосого и красивого человека, и один его взгляд выбивает меня из колеи.

— Что? — бормочу я, качая головой. — Нет…

Он выгибает темную бровь.

— У тебя нет проблем с машиной?

Я снова качаю головой.

Уголки губ Хави приподнимаются в изумлении, когда он придвигается ближе и наклоняется в талии, упираясь предплечьями в край окна моей машины, так что мы оказываемся почти лицом к лицу.

— Значит, ты просто преследуешь меня?

— Нет! — выпаливаю я, мои щеки пылают.

— Ты уверена? — он растягивает слова, его взгляд темных глаз скользит по мне, пока он продолжает самодовольно ухмыляться. — Потому что, если тебе нужен был мой номер, ты могла бы просто спросить.

У меня отвисает челюсть.

Кем, черт возьми, этот парень себя возомнил?

Я хмурюсь, пока мой мозг пытается составить связное предложение.

— Это не…

Хави наклоняется немного ближе, мой голос затихает, когда его запах переполняет меня. Он мускусный, но чистый, отчетливо мужской, и что-то в нем заставляет мою волчицу практически мурлыкать. Он пахнет восхитительно.

— Это пять-пять-пять…

— Мне не нужен твой номер! — я практически кричу, откидываясь на спинку сиденья, чтобы увеличить расстояние между нами.

Я вдруг начинаю до смешного нервничать. Я не уверена, то ли это легкая улыбка с идеально ровными зубами, такими белыми, что они почти ослепляют, то ли все эти достойные слюней мышцы, набитые на его широкое тело, перекатывающиеся под обтягивающей белой футболкой при каждом движении. Может быть, дело просто в том, что впервые за целую вечность я столкнулась с мужчиной, которого не знала всю свою жизнь. Что бы это ни было, мое сердце учащенно бьется, бабочки порхают в животе и вызывают легкую тошноту.

Хави с сомнением приподнимает бровь, его глаза все еще светятся весельем.

Я медленно выдыхаю сквозь зубы, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие самообладания и пытаясь придумать логическое объяснение тому, что я припарковалась на обочине, так близко от того места, где он остановился.

— Я просто проезжала мимо, — выдавливаю я, перекладывая ноутбук с колен на пассажирское сиденье. — Случилось что-то срочное, так что мне пришлось остановиться, чтобы позаботиться об этом.

— Угу, — с сомнением произносит он.

Думаю, я не могу винить его за то, что он счел мою историю неубедительной. Я дерьмовая лгунья.

— Куда ты направлялась? — допытывается Хави, вопросительно прищурившись.

— Домой.

Уголок его рта приподнимается, когда он заносит большой палец за плечо.

— Но разве твоя территория не в той стороне?

Я открываю рот, чтобы ответить, но не издаю ни звука.

Похоже, я в ступоре.

Мне действительно следовало придумать план действий на случай, если меня поймают, чтобы у меня хотя бы было наготове сносное оправдание. Думать рядом с этим парнем явно не получается.

Хави прерывает напряженное молчание, повисшее между нами, тихим смешком, слегка покачивая головой.

— Вот что я тебе скажу, девочка-сталкер. На этот раз я дам тебе фору.

Он подмигивает, и, хотя игривая ухмылка на его губах достойна обморока, его самодовольство приводит в бешенство.

— Тогда почему ты здесь? — возражаю я, мои волосы встают дыбом, а щеки горят от смущения. — Может быть, ты преследователь.

Хави со вздохом отталкивается от моего окна, выпрямляется во весь рост и делает шаг назад, чтобы снова взглянуть на меня.

— Если бы я хотел преследовать тебя, я бы, вероятно, пошел на твою территорию, а не ожидал найти тебя здесь, — говорит он, пожимая плечами.

Ну да. Думаю, это только еще раз доказывает, что я та, кто преследует в этой ситуации.

Он поднимает руку, чтобы провести пальцами по своим густым темным волосам, глядя поверх крыши моей машины на лес за ней. Когда он это делает, подол его футболка приподнимается, обнажая на несколько дюймов нижнюю часть туловища. В животе у меня все переворачивается, а во рту пересыхает, когда мой взгляд задерживается на его рельефной нижней части пресса и v-образных линиях, уходящих за пояс его джинсов, затем обводит тонкую линию темных волос, спускающуюся от пупка.