Мужичок с громким звуком ставит кружку обратно на стол.

— Да, в каком-то смысле патовая, — соглашается он.

— От физического урона я хорошо защищен. Вы можете только попытаться сжечь мой разум, — объясняю. — Но в этом случае вы точно, сто процентов, все погибнете, весь ваш ковен. Между вашим исчезновением и дальнейшей жизнью стою лишь я. И мой запрет. Только тут есть один весомый момент: я не просто попытаюсь, я точно вас убью. В числе прочих.

— Да, это правда, я чувствую, что вы мне не врете, — с досадой отвечает мужик.

Ещё один лёгкий толчок. Кружка подпрыгивает на столе.

— Не врет! — доносится из ванной.

— Видите, как ваша барышня страдает, — кидаю взгляд в сторону ванной.

— Да, нехорошо получилось. Совсем нехорошо, — причитает гость, размышляя о своем. — А как вы, простите, умудрились уничтожить нашего неудачливого друга?

Сразу вспоминаю, как моё отражение принимало черты другого лица.

— Скорее спешащего, — усмехаюсь. — Ваш друг немного не рассчитал время. Если бы он не так сильно хотел выбраться из зеркала и не так много жрал моей энергии… Я бы, возможно, долго не замечал его вмешательств. Как и предыдущие гости этого дома. Гости моего дома.

— Это наш дом! — скалится мужичок.

Зубы у него неровные, больше похожи на редкий забор.

— Нет. Это мой дом, — настойчиво утверждаю. — Я его купил. У меня здесь будет сад, а вы крайне нежеланные жильцы. Посадки, вот, портите, а нам это зачем? Пока есть возможность с вами договориться, постараюсь договориться. Если решите упорствовать, изведу вас как тараканов.

Мужик морщится от моих слов. Его заметно корежит. Видимо, давно с ним никто не общался в подобном тоне. Он продолжает молчать только потому, что ситуация для его ковена критическая.

— Чего ты хочешь? — наконец слышу приглашение к торгу.

Не скрываю своего удивления.

— Это приятно, — заявляю. — А что, разве мы не будем обмениваться магическими импульсами или ударами по мозгам? Как же вмешательство в мой разум и тщетные попытки меня уничтожить?

Гость проницательно смотрит на меня и глубоко вздыхает.

— Молодой, да ранний, — с досадой говорит человек. — Я прожил долгую жизнь, в том числе и потому, что умел договариваться. Если ты контролируешь наши якоря, то, очевидно, что будем говорить. Удивительно, что ты нашел способ их уничтожить. Мы же вроде бы все предусмотрели!

— Всё, да не всё, — смеюсь. — Хотя, да. Наличия одного моего фактора вы точно не смогли бы учесть.

Мужичок внимательно слушает. Складывает руки в замок и опускает на стол.

— Существование высшей нежити в центре людского королевства даже в дурном сне не пришло бы нам в голову. Это же уму непостижимо! — расстраивается он.

Я это прекрасно понимаю. С другой стороны, они сами-то кто? И в этом свете отсутствие сигналов о нежити в столице становится довольно объяснимым. Они давно живут. Многое могли успеть сделать.

— Она, — кивает в сторону ванной, — должна была сказать, что рабами мы не будем, — продолжает гость.

— Да, она сказала, — подтверждаю. — Я не очень ей поверил, но она сказала. На самом деле, вы же понимаете, что все зависит от обстоятельств. Но да, я повторюсь, рабское повиновение мне изначально не нужно.

— А что нужно? — нетерпеливо спрашивает пухляш.

— Мне? Ничего, — объясняю. — Предлагайте сами, я про вас ничего не знаю.

— Золото? — Презрительно смотрит на меня гость. — Нет… Власть? — Снова взгляд исподлобья. — Тоже нет.

Мужик определенно из тех, кто читает собеседника с помощью магии или опыта — не так важно. Главное результат.

— Так что же тебе нужно… Знания? Хм. Знания? — задумывается над своими же словами. — Это интересно.

— И мне, — соглашаюсь. — Но сначала хочу понять — кто вы. Потом уже можно искать компромисс.

Человечек теряется. Видно, как он пытается меня раскусить, но у него никак не выходит. Чувствует, что я на шаг впереди.

— Мы? — переспрашивает. — Мы — маги. Из учеников первых, если тебе это о чём-то говорит.

Мужик чуть приподнимает подбородок. Видно, как он гордится.

— Не говорит. Но по контексту и так понятно, — пожимаю плечами. — Получается, для обычного выхода из картины любого из вас уходят просто сотни людских жизней.

— Ну не то чтобы сотни, — произносит мужик. — Но требуется довольно много живой энергии.

Гость облизывает губы. При первом взгляде определить, что с пухлым человеком происходит странное — не получится. Чем больше с ним разговариваю, тем сильнее проступает основная личина. Видимо, требуется регулярная подпитка.