— Кстати, ты знаешь, что он не выговаривает свое полное имя? — вдруг спросил Григ, поглядев на нее.

— Я… Он сказал, что его зовут Бо. Это не похоже на настоящее имя, но он его не помнит, поэтому все его так и зовут, — словно оправдываясь, объяснила Исха. Ей вдруг стало неловко оттого, что она не позаботилась о том, чтобы разузнать полное имя.

— Богрид, — понимающе улыбнулся Григ. — Его имя Богрид.

— Богрид… — покатала имя на языке Исха и улыбнулась в ответ. — Очень красивое имя.

— Что было дальше? — снова перебил Веренир.

— Несколько лун мы с ним скитались по городам в окрестностях Вольмиры.

— Почему ты не пришел в замок? Почему не рассказал обо всем?

Исхе показалось, что тон десницы чересчур резок, но она не решались накалять обстановку замечаниями.

— Я боялся, что Йерскай доберется до нас быстрее, чем мы попадем в замок. Пойми, я не за себя переживал. Мне он уже был не страшен, — Григ смотрел только на Исху. Теперь они поменялись местами, и оправдывался уже он.

— Я понимаю… — почти одними губами прошептала ведьма.

— А я не понимаю, — снова вклинился Веренир.

Исха зыркнула на него. Он выдержал ее взгляд. И его глаза, сейчас холодные, как два кусочка льда, не предвещали ничего хорошего.

Григ прокашлялся, тем самым прекратив их немое противостояние.

— А потом я услышал… слухи ходили, в общем…

— Какие слухи? — насторожилась Исха.

— Что некой женщине князь за какие-то заслуги пожаловал Приморское поместье. Я стал узнавать об этом, и выяснил через общих знакомых, что Йерскай пропал.

— Мы не объявляли о его смерти, — подтвердил Веренир.

— Но я пришел именно к такому выводу, когда сопоставил всю имевшуюся у меня информацию. А потом узнал имя женщины, которой господарь пожаловал столь щедрый подарок и поехал туда. Когда-то я там уже бывал. И знал, что о доме ходят страшные легенды. Призрак — это идеальное прикрытие, чтобы пожить там некоторое время.

— Но почему ты… Почему оставил его?

Исха уже не злилась на Грига. Только пыталась понять.

— Богрид — очень сообразительный малыш, — Григ снова улыбнулся, и Исха не смогла сдержать ответную улыбку.

Но она тут же попыталась сделать серьезное лицо, потому что уже поняла, что по какой-то причине их совместная с Григом симпатия к этому мальчугану крайне неприятна Верениру.

— Ближе к делу, — не заставил себя ждать тот.

— Мы с ним нашли потайной ход, обосновались там, чтобы никто из деревенских не видел свет, который мы зажигали. Бо хорошо ориентировался в доме. Мне было не страшно оставлять его, пока я отлучался, чтобы добыть нам еды. Но потом появилась ты…

От того, с каким тоном он это сказал, грудь стянуло, словно очень тугим корсетом. Воздуха не хватало. Исха сделала большой глоток напитка и чуть не поперхнулась. Пришлось медленно продышаться.

Григ больше ничего не говорил. Веренир буравил его взглядом и тоже хранил молчание.

— Почему ты ушел, Григ? — чуть слышно выдохнула Исха, страшась услышать ответ. Ей все еще было важно мнение этого человека, что бы между ними не произошло.

— Есть вещи, о которых я предпочел бы говорить только наедине, — так же тихо сказал он и опустил взгляд.

— Ну уж нет, договаривай, — снова вмешался некромант.

— Веренир… — Исха замерла, пытаясь подобрать слова.

Она любила этого мужчину. Видит Ясногорящий, любила больше самой жизни. Но иногда он становился невыносимым!

— Если это трудно, то не нужно, — посмотрела она на жреца.

Тот на миг прикрыл глаза. Вздохнул так тяжело, как будто нес на плечах бремя всего мира.

— Я испугался, Исха. Прости. Я струсил и сбежал. Знал, что ты позаботишься о Богриде. Знал, что с тобой ему будет лучше, чем со мной, хотя я сильно привязался к этому мальчугану.

— Ч-чего ты испугался? — ей нужно было знать точно. Теперь уже нужно было — как воздух.

— Того, что могу увидеть в твоих глазах. Я не вынес бы презрения. А я только этого чувства и достоин.

— Не говори так.

Сердце тяжело сжималось и разжималось с болью. Если бы не Веренир, она сейчас приблизилась бы к Григу. Ведьма хотела взять его за руку.

— Ты пошел за мной в горящий дом. Ты спас этого мальчика. Все ошибаются, но ты не сделал мне ничего дурного.

Веренир так резко поднялся, что его стул опрокинулся спинкой на ковер.

— Исха, он следил за тобой для иноземного шпиона!

— И я себе этого никогда не прощу! — жарко воскликнул Григ, тоже подхватившись. — Только из-за меня ты и попала в этот огонь! Мне нужно было держаться от тебя на расстоянии. Но я не мог. И поплатился за это. Жестко поплатился.