— Снова от Лютого, — ответил я, задумчиво глядя вслед уезжающей машине.

Всё, закончилась спокойная жизнь и началась суровая реальность. Если нами заинтересовались такие люди, то от них не так-то легко избавиться. Но меня не запугать. Преграды и трудности лишь подзадоривают меня. Ну что ж, вы ещё узнаете, кто такой Великий алхимик Валериан.

Дед что-то говорил, но я его не слушал и двинулся к дому, задумавшись. С нынешним уровнем маны мне самому не защититься и других не спасти. Нужно срочно что-то придумать. Вся надежда на манаросы. И, желательно, из анобласти. Ведь в них намного сильнее эфир и в несколько раз больше маны, чем в тех, что я собираю в лесу.

Мы с дедом договорились, что ничего не расскажем Лиде и Насте. Только предупредим, чтобы были осторожнее. Как оказалось, Настя уже легла. Поэтому я отдал Лиде свёрток с пилюлями и объяснил, как они действуют.

— Сынок, мне такого не надо, — испуганно отодвинула она свёрток. — Не дай бог, что-то не так сделаю.

— Лида, перестань всего боятся! — прикрикнул на неё дед. — Что ты будешь делать, если они нападут на тебя в подворотне?

— Вообще-то я по подворотням не хожу, — еле слышно ответила она, но пилюли взяла и осторожно убрала в карман.

Дед свой сверток тоже положил в нагрудный карман и, махнув мне рукой, двинулся в сторону подвала, позвякивая ключами.

— Пошли, покажу кое-что.

Мы спустились вниз. Дед схватился за сушилку, с кряхтеньем оттащил её в сторону и поддел ногтем плитку. Она легко отошла от стены. Таким образом он убрал ещё три плитки и в образовавшейся бреши я увидел железную дверь. Ага, это и есть тот сейф, про который я уже слышал неоднократно.

Дед отпер дверь и отошёл в сторону. Я заглянул внутрь сейфа и увидел, что все три полки забиты брошюрами, фолиантами, тонкими тетрадями и увесистыми томами. Похоже, это и есть дневники рода Филатовых.

— Думаю, пришло время тебе их отдать, — с благоговейным шёпотом сказал дед. — В этих дневниках хранятся все знания нашего аптекарского рода. Твоя задача бережно хранить их и, если заметишь, что какой-то приходит в негодность, переписать на новые листы.

Я вытащил один из дневников — книженцию в потрескавшейся кожаной обложке, и бегло осмотрел. Совсем неплохо. Даже рисунки имеются. А рецепты представляли собой очень подробную инструкцию создания лекарственного средства.

В моём роду алхимиков знания передавались по-другому. В момент инициации каждый из членов семьи создавал сложное зелье знаний, выпив которое, я получал информацию обо всех эфирах, что когда-то они использовали. Даже знал, где какое растение найти и в каких дозах его применять.

Можно сказать, что зелье тоже было своего рода дневником, но мне не пришлось приложить никаких усилий, чтобы получить те знания. Выпил глоток немного терпкого напитка, и всё. Удобно и эффективно. Только пришли мы к этому не сразу, и способ имел свои недостатки.

Пролистав дневник до конца, я понял, что нужно перенести их на мой склад и внимательно изучить. Нет, меня не интересовали рецепты лекарств от повышенного давления или запора, а только свойства и названия трав, ведь со многими из них я ещё не сталкивался.

— Почему ты спрятал эти дневники? Их тоже запретили? — спросил я у деда.

— Да, и изъяли почти у всех в нашем роду. Дима догадался спрятать свою часть, поэтому у нас забрали лишь энциклопедии по растениям и справочники по болезням. Но это ерунда, в каждом книжном магазине можно купить.

— Получается, что сейчас здесь все знания вашего… то есть, моего рода? — быстро исправился я.

— Получается, что так, — кивнул он.

Дед запер сейф, вновь обложил его плиткой, и мы поднялись наверх. Услышав его кряхтенье, вспомнил про средство от боли в суставах, которое до сих пор лежало в моём кармане.

— На, выпей, — протянул ему пробирку.

— Это ещё что такое? — недоверчиво покосился он на зелёную жидкость.

— Не бойся, не отравишься, — усмехнулся я. — Всего лишь отвар от боли в суставах.

Дед откупорил пробирку и принюхался.

— Пахнет можжевельником.

Он сделал небольшой глоток, посмаковал жидкость по рту и, пожав плечами, допил остатки средства.

— Эффект наступит не сразу. Только к утру станет легче, — предупредил я, ведь использовал обычные растения, эффект которых усилил лишь один манарос.

Дед кивнул, а я двинулся на кухню в надежде найти что-нибудь съестное.

На следующее утро, проводив Настю до гимназии, я сразу пошёл в свою лабораторию, чтобы создать стимулятор роста для растений, который обещал фермеру. Нужно потихоньку обрастать связями, а этот человек мне очень даже может пригодится.

Дед рассказал, что раньше они заказывали фермерам выращивать нужные манаросы в огромных объемах, ведь лаборатории Филатовых обслуживали всё население империи. Когда запрет снимут, а я в этом ни на секунду не сомневался, я продолжу дело аптекарского рода, но уже с учётом своих знаний и умений.