Мы молчали. Потом Вера Абрамовна подсела к Полине, обняла за плечо. Долго сидели молча. Что тут скажешь. Потом кухню заполнила песня. Звуки переливались, как горная речка по гладким камушкам. Сначала я присоединилась, потом Полина. Я навела тесто. Песни лились, одна за другой. Сковородка заскворчала оладушками. Больше мы о плохом не говорили.

Через три дня Полину вызвали в милицию для допроса, как свидетеля. Они не расписаны, так что тело будут забирать родственники, увезут на родину и похоронят в узком кругу. Следователь передал, что посторонних видеть они не желают.

На следующее утро Поля напросилась со мной на пробежку. В самой большой ее сумке нашелся синий адидасовский костюм и кроссовки. Бегунья из нее никакая, поэтому большей частью она гуляла возле скамеек, пока я наматывала круги. Потом мы вместе делали дыхательные упражнения и растяжку. Народ идет на работу, а мы идем домой.

– Маша, ты могла бы мне помочь?
– неуверенно роняет Поля.

– Отомстить?

– Прикрыть. Я боюсь, что они вернутся, когда вновь будет чего у меня взять.

– Начнешь бизнес?

– Не знаю в какой форме, но обязательно начну. Я не сдамся.

– Моими силами долго не выйдет удерживать опасность. Что бы ты понимала, мы живем в нашем мире, в реальности. Здесь свои законы. Надо есть, спать, любить, одеваться прилично. Мои средства, это воздействие на реальный мир, но через невидимые измерения, стихии. Условия не бывают постоянными, всегда будут особенности, в отличии от научных экспериментов.

– А как же всякие привороты, отвороты, колдуньи и потомственные маги?

– Наука начинается тогда, когда твой эксперимент могут повторить независимые люди. Если велика доля личного участия и зависимость результата от тебя, то это более искусство. Магия тоже наука, но это такая личная наука. Только для тебя. С опорой на твои способности. Можно научить основным принципам, методикам расчетов, примеры других показать. Но не факт, что ты сможешь это повторить.

– Иначе бы все просто было, - смеется Полина, - прочитал рецепт, вызвал духа и получил деньги.

– Духа как раз можно вызвать. Это совсем несложно, - я сжала губы, - в невидимом мире много желающих прийти сюда. Даже обряд необязателен. Только пожелай. И деньги получишь. И отомстишь. Но в долг. Который нечем отдавать. С той стороны такая же братва. Действует по понятиям. И долги собирает тоже.

– Поняла, - нахмурилась Полина, - но ты же не так?

– Чтобы делать, как я, надо развивать особые умения, добывать знания и не искать халявы для себя, - вздыхаю я так, чтоб было понятно: это самый часто задаваемый вопрос.

– А для других?

– Для других можно. Вот для тебя, например, - я почуяла далекое свечение, - и надо идти прямо сейчас.

– Куда идти? Даже в душ не пойдешь? Может, зайдем переоденемся, позавтракаем и тогда погуляем?

– Нельзя ни есть, ни пить. Такие вещи приходят и уходят. Продинамишь сейчас, сразу уровень восприятия падает, - я беспокоюсь, что она откажется, - ты просила помощи? Есть на это разрешение. Идем немедленно.

Восьмой час. Народу полно на остановках. Но нас трамваи не интересуют. Боюсь, что сигнал собьется. Довольно долго петляем тихими улочками, по заросшим тополями тротуарам мимо старых двухэтажных домов. Из под обвалившейся штукатурки видна деревянная сетка дранки. Во двориках белье больше не вешают из-за воровства.

Сворачиваем в переулочек. Несколько нежилых домов с провалами разбитых окон. Двери сорваны и валяются рядом. Всюду мусор, за домами остатки двухэтажных городских сараев.

Свечение из дома перед нами. Я поднимаю зеленый железный пруток от кровати.

– Нам туда, - как жезлом, показываю внутрь.

– А вдруг там бомжи спят?
– Полина крутит головой и находит кусок деревянного бруска.

– Тогда постараемся не разбудить. Брось палку, руки занозишь.

Внутри тихо и прохладно. Несколько ступеней деревянной лестницы провалены. Я прыгаю козочкой вперед и даю Поле руку. Чердачный люк закрыт, но замок не заперт. Сдвигаю в сторону и толкаю квадратную дверку. Слышатся взмахи крыльев, и все стихает. Темно. Несколько крупных лучей из пробитой шиферной крыши высвечивают миллиарды пылинок.

– Мы зачем сюда пришли?
– держится Полина за мою руку.

– Мои навыки отрабатывать. В твою пользу.

Я иду в угол. Глаза привыкли к полумраку. На битом стекле лежит дохлая кошка. Еще не скелет, но шкурка уже сходит. Стекло разномастное. А рядом с кошкой застарелые человеческие результаты большой надобности.

– Фу, какая гадость, - передернуло Полю, - Маша, зачем мы здесь?! О чем ты думаешь?

– Мы пришли. Теперь надо действовать на месте. А думаю, как связана кошка, стекло и какашки.