– Но камни двигал?

– Это Орфей двигал. У других не получилось. После его смерти в храм явился Неант, сын Питтака, знавший о магической силе лиры. Он подкупом заставил одного из жрецов заменить подлинный инструмент подделкой и, спрятав под плащом волшебную лиру, в тот же день покинул город. Отъехав на безопасное расстояние, он остановился в лесу, вознамерившись поиграть на лире. Но вместо священных мелодий его неумелые пальцы смогли извлечь из ее струн только отвратительный визг. Возникли откуда-то дикие собаки, которые разъярились от мерзких звуков. Они бросились на неудачливого музыканта и растерзали его на части.

– Собаки? Странная и страшная смерть. Какое дело диким собакам до него? Впрочем, Данилова музыкант. Ей собаки не страшны?

– Теперь позвольте про нее. Мое мнение, что она является тайным сторонником орфизма или одного из его течений. Все признаки налицо. Аскетический образ жизни, знание музыкальной гармонии и умение петь и играть. Причем, по сведениям, ее пение и игра оказывают направленное действие. Не путайте с эмоциями. Она действительно управляет состоянием людей. Но не всех, а конкретных.

– Жаль. А если возможно, чтобы всех?

– Не знаю. Но главное в ее записях: она ведет исследования. Шифр не везде удалось прочитать. Но хватило, чтобы понять принцип. И он совпадает с орфическим, которым пользовались Платон, Пифагор, неоплатоники.

– Какая-то магия?

– Да. Но с попыткой поставить ее на научную основу.

– Насколько она преуспела?

– Для оценки мне нужно, чтобы она согласилась поговорить со мной.

– Я подумаю.

Профессор откланялся, а Разведчик задумался. Если художник может на что-то влиять, почему не быть такому же музыканту? Не вызывать плаксивые гримасы у интеллигенции, а создавать нужный настрой конкретного человека. «Музыкальный код личности, - подумал он, - звучит хорошо. А вот аскетизм это плохо. Не соблазнишь. Но что-нибудь придумаем. Для начала посмотрим художника».

Женское чутье не обманешь. Я видела, что Сергею Георгиевичу Полина очень понравилась. Старый разведчик умеет держать себя в руках, но нужные центры так полыхали, так светились, что ошибиться невозможно. Полина тоже это почувствовала. Всю дорогу уходила от темы, но потом спросила:

– Мне кажется или он залип на меня?

– Не кажется. У него большая часть сил ушла на сохранение самообладания. Он и просьбу -то выдавливал через силу. А тебе он как?

– А как он может быть? Я только что схоронила друга и делового партнера. Какие тут отношения?

– Не ври, - грожу я пальчиком, - ты сразу просчитываешь перспективы.

– Это деловые! Это не то!

– То самое, - смеюсь я.

На ужин сварили молодую картошку с рынка. Порезали селедку с зеленым лучком. Салат из редиски. Все это с подсолнечным советским маслом. Тягуче-зеленовато-янтарное, с белым осадком в бутылке. Полина утверждает, что он самое ценное, что есть — лецитиновый комплекс. На рынке и в некоторых магазинах появилось дорогущее импортное масло «Олейна». Покупают для жарки. Но мы его забраковали прямо на месте. Очень плохие ощущения от него.

– Вот что, девочки, я вам скажу, - серьезно начала Полина, - вы мне очень дороги. Сейчас вы самые близкие мне люди. Никого другого нет. Поэтому прошу выслушать и не обижаться.

– Ругать будешь?
– подняла брови я.

– Ни в коем случае. Я выскажу свой взгляд со стороны и кое-что предложу.

– Полечка, давай еще салатика положу, - с лукавой улыбкой Вера Абрамовна забрала ее тарелку.

– Вы обе странные. И талантливые. И не знаете себе цены, - выдохнула Поля, - а теперь подробнее. То, что Маша умеет делать, вполне объяснимо понятным для народа языком. Не отмахивайтесь, я тоже экстрасенсорикой увлекалась. До Маши далеко, но кое-что понимаю.

– И как объяснить?
– Вера Абрамовна улыбается.

– Есть человек, есть факт. Человек выявляет факт. Все, что между ними, это лишь способы визуализации. Как сделать так, чтобы понятны стали очевидные подсознанию вещи. Животным никаких приспособлений не нужно. Они прекрасно находят лечебные травы, воду, ориентируются в пространстве. У людей это атавизм. У одних в большей, у других в меньшей степени. Но такие способности все-равно есть. Проблема в том, чтобы поверить себе. А для этого надо результат показать.

– Визуализировать?
– медленно выговариваю я.

– Да. Для этого используют рамки, маятники, доски с буквами. А Маша находит другим способом. Не важно как. Главное, это работает! Да так, что куда там всяким шарлатанам, академикам космических академий и директорам НИИ парапсихологии. Ты сможешь научить других своему способы видения?

– Не знаю, - я заглянула в матрицу Дани, потом в матрицу Пути, - пожалуй, начальный уровень доступен любому, кто затратит пару лет на тренировки. Если ты про поиск воды, металлов или денег. Людей сложнее искать.