К машине подбежал директор банка и попытался отодвинуть охрану. Правильно, пусть прыгает на лапках, как и раньше, когда был секретарем горкома. В здании был оазис цивилизации среди всей безнадежности и мусора. Девушка за стойкой мило улыбалась, но в глазах испуг. Кабинет шикарный, с мягкой кожаной мебелью. Теперь можно не скрывать роскошь.

Секретарь Григорий изложил предложения партнерам. Иван Иванович кивал. Обсуждались операции с драгоценными металлами.

– Что там, кстати, с пропавшим домом?
– Спросил Иван Иванович секретаря за чашкой чая.

– Удивительное дело. Выкопали породу. Вы оказались правы, на дне обнаружилась причина. Весьма крупный метеорит с редкими металлами. Находка взята под контроль.

– А дом?

– Следов нет. Эксперт напишет заключение, что уничтожен падением небесного тела и воздействием очень высоких температур.

– Только странно, что воронки нет. Точнее она есть, но заполнена породой снизу.

– Странно, но всему есть объяснение.

– Каков метеорит?

– Почти пять тонн весом. С элементами золота, палладия, иридия и рутения.

– И милиция хочет сказать, что удар такой массой не похоронил бы всю улицу? Там воронка должна быть с полрайона.

– Наши уже забрали материал себе вместе с метеоритом. Говорят, загадочное явление. Зато сам он может стоить миллионы долларов

– Ну уж прямо, миллионы. Если наши забрали, то скоро мы его увидим. А там решим, в каком виде и кому его продать.

После банка Иван Иванович поехал в бассейн. Только тронулись, как мелькнуло лицо, точно знакомое. У разведчика должна быть хорошая память, а Иван Иванович хороший разведчик. «Останови, - приказал он, - сидите на месте, я сам». Ошибки быть не могло. В мешковатом пуховике и смешной шапке куда-то спешили давняя знакомая, которой он обязан, возможно, жизнью.

– Маша!
– Крикнул Иван Иванович в открытую дверь и полез наружу, - Макарова!

– Здравствуйте, Иван Иванович, - чуть заметно улыбнулась девушка.

– Подожди, - оглянулся он назад, - давай отойдем с тротуара. Тут хоть и мало народу, но проход узкий. Да и сосульки с крыши падают.

Они свернули в парк, во главе которого стояла статуя актера, основателя первого в России театра. Из-за театрального трико, плохо видимого неискушенному зрителю, памятник казался голым с нижней половины. Местные гомосеки посчитали этот факт символичным и устроили рядом с ним место встречи. Телохранители ,не взирая на запрет, выскочили из машины, но держались метрах в двадцати.

– Давно тебя не видел. А, между прочим, искал, - бывший комитетчик увидел, как Маша напряглась, - путаница какая-то произошла. Ну, да Бог с ней. И зовут меня теперь не Иван Иванович, а Сергей Георгиевич Романов. Такое вот имя в новой России. Причины тебе объяснять не надо. Ты девочка умная.

– Это когда как, - улыбнулась Маша, - зачем искали?

– Хотел здоровье контролировать. Чтоб посмотрела, все ли в порядке.

– Вы хорошо держитесь и выглядите. Ушли со службы, как понимаю?

– Скорее перевелся на другую работу для пенсионеров, - кивнул он, - без тебя пришлось искать других людей. Но главное, это труд над телом и душой, потому так и выгляжу. А ты чем занимаешься? Как мама?

– Учусь в театральном. На художника сцены. Мама в Германии со всей семьей.

– Да, теряем кадры. Но осуждать ее не могу. Время сейчас такое. Там точно лучше.

– А вы как устроились?

– Я? Консультирую организации по разным вопросам. Куда еще пенсионеру после инсульта?
– хитро улыбнулся он, - раз ты в Ярославле, то вот тебе моя визитка. Звони по любому вопросу. Чем смогу, помогу. И вот еще. Учеба - это хорошо, но чем живешь? Я уж так по-простому спрошу.

– Живу, как все. С голоду пока не умерла.

– Я вот к чему клоню. Есть несколько человек, очень влиятельных, которым твоя помощь может пригодиться.

– Лечить их? Медицина отказалась?

– Не отказалась. Но в некоторых случаях помогает только эксклюзив. Верхний сегмент рынка, слышала такое понятие?

– Пока нет.

– Очень богатые дяди, которым не надо, как всем. И тети. Ты, вижу, поняла. Как надумаешь, звони. Тебя как найти?

– Я на съемном жилье. Спрошу хозяйку, если разрешит телефон дать, то позвоню. А так, как устроюсь, так и обозначусь.

– Давно снимаешь?

– Месяца три.

– Если очень нужна будешь, не заругаешься, что у института встречу?

– Надо, так пожалуйста, - пожимаю я плечами.

– А ты уже художница? Так может, нарисуешь мне что-нибудь? Я тебя очень прошу, не отказывай.

– Я по заказам не работаю, - замялась я, - но если будет подходящая тема, нарисую. По вашему профилю.

– Это как?

– Заданные свойства под конкретного человека. Сложно объяснять. Лучше увидать и почувствовать.