— Но зачем ему ты? — упрямо насупилась Лиз, отгородившись от нее косо срезанной челкой.

— Выторговать у Главной еще один синтезатор? — усмехнувшись, предположила Келли. — Гадать бесполезно. Я пойду и все узнаю. А ты… помоги мне, хорошо?

Выйти за пределы Купола на этот раз оказалось не так-то просто. Лиз пришлось изрядно помучиться, прежде чем она взломала новый код на двери коммуникационного тоннеля.

— Мэдлин меня убьет, — вздохнула Лиз, обнимая ее на прощанье. — Сразу после того, как убьют все остальные.

«JL31 вызывает станцию RS316.

Статус внешней связи: без изменений.

Достигнутые результаты:

1. Проверка объектов группы А на предмет выполнения протокола HL. Вывод: соответствие протоколу. Необходимость дальнейшего наблюдения отсутствует.

2. Снижение риска выполнения протокола HL в локации объектов группы Б. Текущая субъективная оценка отклонения: ниже 3%.

Планируемые мероприятия: продолжение дистанционного контакта с объектами группы Б, нейтрализация объекта KELLY как основного источника риска.

Заряд портативного источника питания восстановлен до 100%. Обнаружены дополнительные портативные источники питания».

Импульсный излучатель, конечно, Лиз добыть не удалось. Но даже миниатюрный самопальный самострел на четыре патрона, продукт творения Итана, который Келли судорожно сжимала в руке, и пара складных ножей, за поясом и у колена, создавали некоторую иллюзию защищенности. При первом же акте агрессии она успеет выстрелить.

Точно успеет.

Вибрация коммуникатора заставила подпрыгнуть.

«Детка, не спи. Я в курсе, что ты можешь перемещаться гораздо быстрее».

Келли мысленно посчитала до десяти, сунула комм в карман.

Глубоко вздохнула — и шагнула за разбитую дверь запасного выхода лаборатории. Остановилась. Медленно оглянулась.

На движение сработал датчик тусклого аварийного освещения, позволяя увидеть усыпанный осколками пожарный коридор.

— Эй! Ты где?

— Здесь, — раздалось над ухом.

Келли взвизгнула, но чужая ладонь зажала ей рот. В неуловимо короткий миг оказаться прижатой спиной к чьей-то груди, с задранной головой и без возможности даже дернуться — вот ради этого стоило ежедневно изнурять себя на тренировках?

Она, конечно, впечатала пятку кроссовки в злодейский ботинок, но что толку, если тот твердый, как броня? Пока мысли лихорадочно метались в голове, а тело трепыхалось в бесполезных попытках освободиться из захвата, Келли изящно лишили самострела, обоих ножей и шепнули на ухо:

— Расслабься, детка. Будешь визжать — услышат другие. А нам свидетели не нужны. Верно?

И подонок хохотнул, отчего волосы у нее над виском шевельнулись.

— М-м-м. Вкусно пахнешь.

А вот от его куртки несло костром и табачным дымом, а еще чем-то неуловимо химическим, едким, тревожно знакомым.

Дыхание, впрочем, казалось вполне чистым.

Так он курит или нет?

Нет, ну какая дура! Убийца в шаге от того, чтобы ей голову свернуть одним легким движением, а она размышляет о его вредных привычках.

— Ну что? Будешь хорошей девочкой, Ке-л-л-и?

Чужое дыхание защекотало шею у подбородка. Это странное ощущение, почти интимное, внезапно породило волну мурашек, разбежавшихся по коже, а щеки обдало жаром. Келли замерла на секунду, затем судорожно сглотнула и попыталась кивнуть.

Захват ослабел. Тело среагировало само: прыжок, разворот, защитная стойка.

Глупо, конечно. Все, чем можно было защищаться, теперь у него, толку теперь изображать боевого тушканчика.

— Спокойно, — произнес Джей. И, улыбнувшись, приподнял открытые ладони. Куда он успел рассовать ее оружие? — Я не сделаю тебе больно.

Келли смотрела на него во все глаза. Он показался ей странным тогда, через камеру наружного слежения, и сейчас только усилил это впечатление. Одежда с чужого плеча — потертые джинсы с эмблемой горнодобывающей компании, темная футболка, черная кожаная куртка, широковатая в плечах.

Плечи, впрочем, не то чтобы узкие. Просто… нормальные. Вполне соответствующие среднему мужскому телосложению и такому же среднему росту. На вид молодой. Не худой, не толстый, но явно тренированный. Держится уверенно, даже расслабленно. Ежик темно-русых волос выглядит по-военному аккуратным — вот хотелось бы знать, где он стригся? Явно же не в карьерном лагере. Гладко выбритый, в отличие от заросших бородищами «жуков». Глаза, кажется, серые, взгляд открытый. Такого парня, если одеть поприличней, легко можно представить менеджером по продажам в каком-нибудь офисе: весь из себя правильный, если не сказать идеальный. Немного поговоришь с таким, и его честный-пречестный взгляд продаст тебе что угодно.