— Подождите, подождите, ваше высочество, — остановил я словоохотливого князя. — Как вы сказали — «надо сделать шаг»?

— Именно, — кивнул Фёдор Владимирович. — «Все умрут. Так что надо сделать шаг». Знаете… И ведь буднично так сказал, ну как будто о погоде упомянул, а потом — раз!.. Но, друг мой… Неужели эти слова вам о чём-то говорят?

— Возможно, — уклончиво ответил я. — И последнее. Трое предыдущих владельцев умерли в доме, а вот четвёртый — нет. Верно?

— Поразительно! — восхитился князь. — Да, в тот роковой день Николай и правда пригласил нас в ресторан «Прага»…

— Что ж, ваше высочество… — я посмотрел на темнеющую впереди заброшенную усадьбу. — Полагаю, мне стоит как можно скорее навести порядок в моём новом доме.

Впрочем, сразу же тайной особняка заняться не получилось — сначала требовалось решить один вопрос… Довольно срочный, на самом деле, хотя его и пришлось отложить до поры до времени.

И вот эта пора и это время настало.

В кабинете господина ректора собралась компания из, собственно, князя Долгорукого, руководившего всей Московской академией магии и высокого волшебства, а также двух деканов — Западного и Центрального факультетов. Рогнеда Всеволодовна Волкова — от «фениксов», а вот у «мантикор» нынче был новый глава — алхимик Дмитрий Симеонович Касимов. Формально он всего лишь исполнял обязанности декана, так как глава Западного факультета Викентий Ярославович Лютов решил уйти в отпуск по болезни…

Ну, точнее его попросили «уйти» под благовидным предлогом, потому что, как говорится — прогнило что-то в королевстве данов… Сначала формально пока ещё не «мантикоры», но самому тупому пню понятно, что именно «пока ещё» — устраивают безобразную потасовку в стенах общежития. И что самое досадное — люто огребают при этом, обладая подавляющим численным перевесом. Затем любовные дрязги, вылившиеся в принародный скандал и череду дуэлей, в ходе одной из которых были нарушены правила Академии и всей Конфедерации — тот придурок Саган ведь пустил в ход фактически заклинание призыва демона. Пусть и низшего, но всё равно демона.

По одиночке всё это декан смог бы пережить, дела бы замяли, но всё вместе и за такой короткий срок… Тут уже без вариантов. Отставка и хорошо ещё, если почётная, а не с позором. А то и чего похуже — с Конгрегацией мне побеседовать уже довелось, они-то сразу заинтересовались фактом применения запрещённого волшебства и теперь рыли носом землю в поисках того, кто же надоумил полудурка Сагана на все эти безобразия. Что это он не всё сам — это было ясно и последнему дураку.

И ведь в чём же самое интересное — Саган применил разные, но по-своему «интересные» заклинания.

Банальные и очевидные чары — зачерпнул силы в Той Стороне, сформировав канал подпитки. Это позволяет бить много, долго и больно. Чуть менее очевидные — призыв демонической многоножки.

Точнее, Саган-то наверняка думал, что просто придал своей новоприобретённой силе более-менее понятную разуму форму… Но на самом деле, это была, так сказать, первая ласточка — правда, хищная и многоногая, но всё равно — первая ласточка Железной Мукадэ, одной из герцогинь Той Стороны.

Сначала тупой малефик призывает одну сколопендру, потом несколько, считая их чем-то своих ручных зверушек… Но чем чаще он их призывает, тем шире и стабильнее становится проход между измерениями, по которому затем прорываются не только нимфы и разведчики, но и воины, преторианцы… А может и сама Мукадэ пожаловать. Последний раз она прорвалась на Японских островах семь сотен лет назад и выкосила половину главного острова архипелага, прежде чем её изгнали обратно.

А чего ещё ожидать от демонической сколопендры в полсотни саженей длинной и покрытой металлическим панцирем?

Ну, а другое заклинание было даже интереснее, ведь оно фактически взломало комплекс чар на дуэльной площадке. И что же это означало?

А то, что Сагану его передал тот, кто был хорошо знаком с магическими конструктами в Академии…

Иными словами — кто-то из сотрудников Академии.

Бывших или действующих. Причём, не какой-нибудь уборщик, повар или конюх, а довольно сильный и умелый маг.

И это не только объясняло, как всё произошло, но и проливало свет на атаку Лосиного острова. Что эти два события связаны лично для меня было ясно, как белый день. И не думаю, что так считал только я один.

…Ещё в кабинете господина ректора присутствовал, разумеется, я сам, а также Вилли и Хильда, которые сегодня играли нехарактерную для себя роль — молчаливых и покорных младших членов клана при официальном наследнике Дома. Сёстры с мрачно-торжественным видом стояли за моей спиной, являясь не только участниками сегодняшнего… мероприятия, но и, можно сказать, моей свитой.

Также слева от меня в кресле сидел мрачного вида головорез лет тридцати в чёрном одеянии Конгрегации — его преосвященство епископ Марк. Высокий — на голову выше меня — раза в два шире в плечах, лысый, смуглокожий и весь в шрамах. Колоритный господин, в общем.

Ну и завершали картину ещё двое студентов — мелкие тощие парни-первокурсники с факультета Мантикоры. Близнецы. Правда, теперь их различить было несложно — у одного кривовато сросся нос, после того как я его сломал ударом двери. А второй имел нездорового цвета сероватую кожу и здоровенные тёмные круги под красными глазами. И красными — от недосыпа, а не от природы или магии. Нет, первый тоже демонстрировал все признаки бессонницы, но у него они хотя бы не так бросались в глаза.