«Я не захочу», – хмыкнула она про себя.

– Вас прислал Егор? – недоверчиво переспросила Варвара. – Знаете, Дима, – сделав ударение на его имени, нервно огляделась, – я, пожалуй...

Мужчина поморщился, затем достал телефон. Через несколько гудков по громкой связи ответил Столетов:

– Да, Дим? Ты на вокзале? Нашел Варвару?

– Нашел. Только она отказывается со мной ехать.

– Егор! – Варвара подалась вперед. – Я просто...

– Варюшка, привет! Давай быстро в машину и ко мне! Я ведь тебя жду! А она стоит там, понимаешь, мерзнет!

– Ну, ладно, ладно, – пробурчала Варвара, поглядывая на светящийся экран. Не спрашивать же, в конце концов, его прямо на перроне о том, что на самом деле произошло в тот злополучный вечер, после которого Егор, как говорится, «свалил в закат».

Дима забрал у нее вещи и зашагал на стоянку, попутно ограждая Варвару от спешащей толпы.

...– Понимаете, Варя, все так запуталось, что сразу не разберешься, – сказал он, когда они сели в машину, и дворники заелозили по стеклу, сметая пушистые снежинки. – Егор мой друг. Единственный и самый лучший. А я... наверное, не сразу это осознал. То есть, я хочу сказать, что все время пытался сделать из него кого-то другого. Слепить под себя, что ли. Но мы все разные, и это стоило признать как можно раньше. В тот вечер Юля позвонила мне и попросила о встрече. Говорила что-то о том, что он стал замкнутым. Жаловалась на его невнимание. Я решил, что она действительно беспокоится о нем. Боялась, что он ее бросит, и она останется нищей. Я пытался ее переубедить, но потом решил, что они сами разберутся с этим. Она так живо интересовалась его работой, чего раньше не было. В общем, я подумал, что она изменилась, захотела помочь ему в его работе.

– Почему же вы не поговорили с ним?

Дима откинулся на спинку кресла и побарабанил пальцами по рулю.

– Из меня плохой советчик. В кои-то веки решил не вмешиваться, дать ему возможность продышаться, принять решение самому. Потом узнал, что он уехал на Сладкий. Егор имел право на отдых. Я никого не знаю, кто бы так много работал, как он. Посчитал, что там он придет в себя, очухается. Зачем ему мешать? А получилось... – Дима выдохнул и завел мотор. – Пропустил я что-то очень важное. Сейчас смотрю на вас и думаю, а что если бы...

– Я тоже об этом думаю, – эхом откликнулась Варвара.

– Бизнес, деньги... Ничто не стоит так дорого, как доверие.

– Да.

– Как вы думаете, – Дима сделал паузу, – а любовь правда существует?

Варвара посмотрела в окно и сквозь припустивший снегопад разглядела большие красные буквы посреди площади. Вздохнув, она улыбнулась и ответила:

– Любовь есть. Ее просто надо увидеть. Сердцем.

Клиника – трехэтажное здание с большими панорамными стеклами по фасаду, за которыми зеленели фикусы и монстеры, находилась в хорошем месте, в стороне от дорог, но недалеко от исторического центра. Отсюда можно было даже разглядеть верхушку колокольни Вологодского Кремля. И если бы не вывеска «Юлия-Эстетик», резанувшая Варвару по глазам, то все остальное выглядело по-настоящему здорово.

Вероятно, Дима заметил что-то в ее лице, потому что тут же сказал:

– Название будет другое. Не сразу, конечно. Это займет время.

– Понятно, – кивнула Варвара.

– И я уже придумал, как мы назовем нашу яхту.

– Вот как? И как же?

– «Столетник», – торжественно произнес Дима. – Круто? Только Егору не говорите пока. Сюрприз ему будет.

– Мне кажется, Егор не очень любит сюрпризы.

– Да? – приподнял бровь Дима. – А я вот без них жить не могу!

Варвара усмехнулась: было что-то в залихватских манерах Димы от наглого взъерошенного воробья. Нет, не похож он был на того, кто может предать. Вывести из себя, да, а вот предать...

Дима провел ее светлыми коридорами, затем по широкой лестнице на второй этаж. Здесь было тихо и очень чисто. В самом дальнем крыле, после административных кабинетов с золотистыми вывесками на дверях, оказалась еще одна дверь.

Внутри Варвара сразу же увидела не только лежавшего у окна на специальной кровати Егора, но и черного пса, который поднялся, как только они вошли. Столетов что-то набивал в планшете, а вокруг него лежали бумаги и бланки.

– Привет! – Варвара склонила голову и потрепала пса между ушами. – Как ты парень?

– Нет, ты видел? – обратился Егор к Диме. – Она, оказывается, к Джеку приехала!

– Слушай, я и не знала, что он здесь! – Варвара сняла пуховик и присела перед псом на корточки. – Думала, остался на Сладком...

– Его Слава привез. Понимаешь, какое дело, – Столетов нажал на рычажок и приподнял изголовье, – на Сладком и на материке никто собаку не признал. Откуда он там взялся? Ермоленко хотел его при тюрьме оставить, но Джек там такой вой поднял, похлеще сирен. И Люба велела, чтобы его ко мне везли.

– Но ты же не против?

– А ты? – Егор выжидающе посмотрел на Варю.

– Ты что, конечно, нет! Я его никому не отдам! Он мой пес, – прошептала она, едва не касаясь своим носом носа собаки. – И вообще, запомни, Егорушка, все мое – это мое, а твое...

– Тоже твое? – встрял Дима.

– Наше! – Варвара поднялась и покрутила головой. – Так, как мы тут будем устраиваться? И где руки можно помыть?

– Варь, у меня... у нас так-то дом есть, – рассмеялся Егор.

– Нет, я никуда без тебя не поеду, – упрямо заявила Варвара. – Только вместе.