— Но сначала — традиция арены. Бой. Старое против нового. Порядок против хаоса. Победитель получает право определять будущее.

— Я не буду сражаться с тобой, Джонатан. Ты болен. Одержим. Тебе нужна помощь.

Смех Крамера эхом прокатился по залу.

— Помощь? Я никогда не был сильнее! Смотри!

Он хлопнул в ладоши, и реальность вокруг него… расширилась.

РАСШИРЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ: ПЕПЕЛЬНЫЙ САД ОТЧАЯНИЯ

Пространство деформировалось, выворачивалось наизнанку. Арена исчезла, заменённая иным местом — садом из пепла и костей под кроваво-красным небом. Деревья из почерневшего металла, цветы из замёрзших слёз, дорожки из раздробленных надежд.

— Моя территория, — голос Крамера звучал отовсюду. — Моё внутреннее царство, воплощённое в реальности. Здесь я бог. Здесь мои правила абсолютны.

Артур почувствовал давление — не физическое, но экзистенциальное. Само пространство отвергало его присутствие, пыталось стереть, растворить в пепле.

— Элеонора! Том! — он обернулся, но спутники исчезли. Расширение территории разделило их, заперло каждого в собственном кошмаре.

— Только ты и я, старый друг, — Крамер материализовался в десяти метрах. — Как в старые времена. Помнишь наше первое дело? Маньяк с Кэмден-маркет?

— Помню. Ты тогда спас мне жизнь.

— А ты — мне. Мы были командой. Братьями. Пока огонь не разделил нас.

— Огонь убил твою семью. Я понимаю боль. Но это не оправдание для…

— Для чего? — Крамер взмахнул рукой, и из земли выросли клинки теней. — Для принятия истины? Для отказа от иллюзий? Огонь открыл мне глаза. Показал, насколько хрупок ваш мир наверху. Насколько бессмысленны ваши правила.

Клинки полетели в Артура. Он поднял меч, отражая атаки. Но тени были везде — атаковали со всех сторон, из-под земли, сверху.

Нужно ответить. Но как? У меня нет такой силы…

И тут он вспомнил. Видение в доме номер 13. Пробуждение истинной силы рода. Руны на руках, свет внутри.

Кровь Стражей. Наследие поколений.

Артур закрыл глаза, погружаясь в себя. Искал тот внутренний огонь, что вспыхнул в момент принятия истинной жертвы. И нашёл.

Не разрушительное пламя, что чуть не убило его. Другой огонь — белый, чистый, созидающий. Огонь, который не уничтожает, а преображает.

Руны на руках вспыхнули. Но теперь они покрывали всё тело — сложный узор из переплетённых символов, древних как сам Лондон.

ПРОБУЖДЕНИЕ НАСЛЕДИЯ: БЕЛОЕ ПЛАМЯ ОЧИЩЕНИЯ

Из Артура вырвался столб белого огня. Не горячего — этот огонь нёс покой, исцеление, возвращение к истокам. Тени Крамера шипели и отступали, не в силах противостоять свету.

— Невозможно! — Крамер отшатнулся. — Откуда у тебя такая сила?

— Это не моя сила, — Артур шагнул вперёд, и пепельный сад начал меняться. Из пепла пробивались зелёные ростки, кости превращались в белый камень, кровавое небо светлело. — Это сила всех Стражей до меня. Всех, кто защищал город. Кто выбирал долг вместо лёгкого пути.

— Сентиментальная чушь!

Крамер атаковал напрямую — его руки удлинились, превратившись в копья тьмы. Но Артур был готов. Меч в его руках пылал белым пламенем, разрезая тени как бумагу.

Началась битва воль. Две территории сражались за доминирование — Пепельный Сад Крамера против пробуждающейся силы Стража. Реальность трещала по швам, не в силах вместить конфликт такого масштаба.

— Ты не понимаешь! — кричал Крамер, швыряя всё новые атаки. — Я делаю это ради спасения! Верхний мир обречён! Только слияние с Нижним городом даст людям шанс!

— Шанс на что? На забвение? На потерю человечности?

— На свободу от боли! От страха! От самой смерти!

— Но какой ценой?

Артур сконцентрировал силу, готовясь к финальной атаке. Белое пламя сжалось вокруг меча, превращая его в сияющее копьё света.

ТЕХНИКА СТРАЖА: КОПЬЁ РАССВЕТА

Бросок был идеальным. Копьё пронзило пространство, оставляя за собой след из белого огня. Крамер попытался защититься стеной теней, но свет прожёг преграду насквозь.

Удар пришёлся в грудь. Крамер застыл, глядя на светящееся оружие, торчащее из его тела.

— Арти… — его голос снова стал человеческим. — Я… я просто хотел вернуть их. Эмили. Софи. Хотел исправить…

— Я знаю, друг. Знаю.

Расширение территории начало рушиться. Пепельный сад растворялся, возвращая их в реальность станции. Крамер упал на колени, тело его становилось прозрачным.

— Прости меня, — прошептал он. — За всё. Скажи… скажи им, что я пытался. Что любил их до конца.