Кровь замыли, гильзы собрали. Но Грач сказал, что наведается потом еще раз сюда и тщательно пройдется. Зальет все белизной, дескать, хлор кровушку уничтожает под ноль, потом ни один тест не покажет.

Я сел за руль трофейного джипа. Грач хлопнул дверцей, устроился рядом.

— А если гайцы тормознут? — спросил он, глядя в зеркало. Голос у него стал тише и звучал немного насторожено.

Я похлопал себя по нагрудному карману.

— Нормально. У меня ксива. В салоне темно, крови снаружи не видно. Да и багажник мы закрыли плотно.

— Ну, дай бог… — выдохнул он и отвернулся к окну.

Мы тронулись. Я немного помолчал, потом сказал:

— Тебе сейчас лучше пропасть с радаров. Затихариться где-нибудь в безопасном месте. И с Кругами своими пока завязывай.

Он кивнул, но без особого энтузиазма.

— Если они тебя пробили, — продолжил я, — могут прийти ещё. Валет не на трёх бандосах держится. Может, конечно, Дирижёр ему и не доложил, и это его такая самодеятельность, но я бы не рисковал. Тут не угадаешь. Подстраховаться надо.

Помолчал секунду, потом добавил:

— Извини, брат. Но тебе пора в отпуск. Вынужденный, так сказать.

— Ха! — выдал Грач, оживившись. — Да я уже три года об этом мечтаю! Как же за*бись, Макс, что ты мне такой повод подкинул. Теперь-то точно не отвертеться.

Он нарочито улыбнулся, но всё же не без веселья.

— Ну извини, друг, так вышло, — сказал я. — Скажи спасибо, что жив остался.

— Да ты чё? — махнул рукой Руслан. — Я ж не в упрёк. Серьезно, я рад, что теперь повод железный есть отдохнуть от всей этой суеты. Отвлечься хоть на время. Просто пожить по-человечески. Побухать, как раньше. Неделю! А лучше две! Хе!

Он откинулся в кресле, выдохнул и мечтательно продолжал.

— Футбол посмотреть. На рыбалку сгонять.

— А как же твои бабы? — спросил я. — Ты говорил, что помогаешь страждущим.

— Своих не бросаю, — подмигнул Грач. — У нас сейчас в большом Круге есть Алла Бобр. Ты же сам привел! Моя помощница теперь.

Он поднял большой палец вверх.

— Вот такенная девка, Макс!

— Ну-ну, ты там роток-то не разевай, — глянул я на него строго, с прищуром.

— Да ты чё, Макс, — тут же замахал руками Грач. — Я ж не в том смысле. Она не для моего Круга, ты же знаешь. Я просто к тому, что баба толковая. Реально в голове порядок. Умная. Она у нас психолог-наставник, работает с девками — те, что только пришли, ещё плавают, срываются, не понимают. Так она их подхватывает. По-человечески помогает им. Так что пока она за старшего побудет…

— Ну и слава богу, — выдохнул я. Но тут же добавил: — Только Аллу под удар подставлять нельзя.

— Да я всё понимаю, — кивнул Грач. — Тут в зале, сам видишь — разруха. Сидим, как в сарае. Полы скрипят, стены облезли. Надо ремонт делать. Вот как раз найму шабашников — пусть ковыряются. А занятия большого Круга пока переведём в облегчённый, так сказать, режим.

— Куда переведешь? — не понял я.

— Да хоть на природу. За город. У нас бабёнки при деньгах, многие на своих тачках. А у кого нет — на такси раскошелятся. Доедут. Пусть Алла там с ними и ведёт пока занятия. Разговоры, дыхание, психоработа. Всё, как она умеет. А я реально слиняю в отпуск. На пару-тройку недель хотя бы. Голову проветрить, печень посадить чуток.

Он ухмыльнулся.

— А ты, я смотрю, совсем не расстроился, — улыбнулся я. — Сегодняшним визитерам.

— Как же я задолбался, Макс, — выдохнул Грач, мотнув головой. — Фух… Ну хоть сегодня встряхнулся. Прям как в молодости. Последний раз такое ловил, когда с твоим дядькой работал. С Лютым. Мы тогда в девяностых такую операцию замутили… Я вор, он — опер. Странная связка, но сработались. Там тоже адреналину хлебнул — мама не горюй.

Он помолчал, провёл рукой по лицу.

— А ты не думал, что доход твой сейчас просесть может? — капнул я ложку дёгтя. — Занятия, клиенты, вся эта круговерть. Бабки-то есть на заначке? А то я могу подкинуть. Чисто компенсировать простой.

— Да нахер надо, — отмахнулся он и усмехнулся. — Накоплений, конечно, у меня немного. Но ты сам глянь — на чём едем.

Он хлопнул ладонью по панели джипа:

— Новый, дорогой, кожаный салон. Мотор шепчет. Машина, как с автосалона. Сразу видно, жирный трофей. Это тебе не мой «китаец».

— Бляха-муха, Грач, ты чего? — мотнул я головой, не веря в то, что услышал. — Мы в этой тачке везём её хозяев в лес, закапывать. А ты уже планы строишь на джип? Вляпаемся по самое не хочу.

— Ой, Макс, не нуди, — отмахнулся он. — Ты просто молодой, не шаришь, как эти вещи делаются. Эта машина, бл*дь, не просто машина — это деньги. Я знаю, кому сунуть. Они её сразу на разборку пустят. По частям раскидают: движок, коробка, ходовка, салон, вся электроника. На запчасти уйдёт втридорога. Не все, конечно. Движок перебьют, а остальное — что с номерами и серийниками — в утиль, нахер. Чобы без палева.

Он прошёлся взглядом по салону. Потрогал панель — добротная кожа. Провёл ладонью по дверной обшивке, ткнул пальцем в кнопку стеклоподъёмника. Пощупал подголовники — в каждом встроенный экран, мультимедиа-система, как в самолётах бизнес-класса.

— Жир, — буркнул он. — Такую с руками оторвут. Конечно, выручка не вся мне. Я по тарифу. Обычно от двадцати до тридцати процентов. Такая, как эта тачка, по рынку под десятку лямов тянет. Вот и считай, два-три ляма. Чистыми. И быстро. Там у людей всё налажено, поток. Естественно, документы спрашивать не будут — заберут и сделают красиво.