— Еще.

Я поднес палец к ее клитору, рисуя круги по нервному узелку. Этого было достаточно, чтобы она свалилась с обрыва.

— Да. — Она взорвалась, ее тело задрожало, и она закричала.

Мое имя на ее губах звучало волшебно.

Это было мое будущее. Я хотел этого каждую ночь. Эту женщина в моих объятиях. Ее наслаждение под моими пальцами.

Когда она отошла от оргазма, обмякнув на мне и пытаясь восстановить дыхание, я поднял ее на руки и отнес в спальню.

Мы раздели друг друга, оставив одежду валяться на полу ее спальни. Затем я накрыл ее тело своим и погрузился в это плотное, влажное тепло.

— Уэст. — Она обвила ногами мою спину, упираясь пятками в основание позвоночника, чтобы притянуть меня еще глубже.

— Черт, детка. — Я откинул волосы с ее лица и утонул в ее карамельных глазах.

Мы начали медленно, наслаждаясь каждой секундой, пока ее ноги и руки снова не начали дрожать. Затем я начал двигаться быстрее и сильнее, ее груди подпрыгивали с каждым движением.

Я наклонился и взял в рот сосок, сильно посасывая сначала один, потом другой.

— Ты идеальна, Инди. Чертовски идеальна.

— Жестче, Уэст. Пожалуйста. — Она вцепилась мне в плечи и начала двигаться подо мной.

— Вот так, детка. — Я задвигался быстрее. — Кончи для меня.

Ее спина выгнулась, как только мое имя слетело с ее губ, и она задрожала. Пульс за пульсом, и она кончила.

Сжатие ее киски стало моей погибелью. Я стиснул зубы, борясь с дрожью в конечностях. Но по мере того, как она сжималась все сильнее, ее оргазм затягивался все дольше и дольше, это вызвало мой собственный.

Я с ревом кончил, изливаясь в нее. Я растворился в теле Индии, пока мы не выдохлись, и я рухнул без сил, заключив ее в объятия. Мои пальцы зарылись в ее волосы. Я использовал любой предлог, чтобы прикоснуться к ним.

Она прильнула ко мне, наши сердца бешено колотились, кожа была скользкой от пота. Затем она уткнулась лицом мне в шею и захихикала.

Это было почти так же сладко, как то, как она произнесла мое имя.

— Что? — Я приподнялся на локте, убирая волосы с ее лба.

Она ответила мне тем же жестом, запустив пальцы в волосы у меня на виске.

— Время от времени меня поражает, что у нас есть время. Что нам не нужно торопиться проводить вместе каждую минуту. Это нереально. Я просто… счастлива.

— Я тоже.

Все остальное не имело значения. Ничего, кроме Инди.

— Я голоден. — Я отодвинул наши тела друг от друга и поцеловал ее в уголок рта. Затем выбрался из постели, взяв ее за руку, чтобы помочь ей подняться.

Она натянула трусики и достала из ящика пару обрезанных джинсовых шорт. Достала телефон из джинсов, в которых была до этого. Натянула лифчик и мою рубашку, затем застегнула ее прямо на груди. Рукава свисали до кончиков пальцев, поэтому она закатала их и неторопливо вышла из спальни.

Я натянул джинсы и футболку, которые она украла ранее на этой неделе и которые лежали сложенными на комоде. Затем я нашел ее на кухне, стоящей у открытого холодильника.

— Ты не хочешь пойти к костру?

Она пожала плечами.

— Мне нравится, что здесь только мы.

— Мне тоже. — Я обнял ее и поцеловал в висок, пока мы оба смотрели на пустые полки холодильника.

Только мы. Это была роскошь, которой не суждено было продлиться долго.

Что бы сказал папа, когда узнал, что мы с Инди были вместе? Нам с ним предстояло пройти долгий путь, чтобы восстановить наши отношения, если это вообще было возможно. Если у него возникнут проблемы с Индией, это может разрушить нас навсегда.

Мама захотела бы встретиться с ней как можно скорее. Тара, вероятно, многим поделилась с ней, и вскоре я ожидал еще одного визита моей матери, чтобы узнать о женщине, которая покорила мое сердце.

Затем были вопросы организации работы и ранчо. Я все еще не был уверен, как воспринимать будущее и на что оно похоже. Но все это не имело значения, не сегодня.

Сегодняшний вечер был только для нас.

— Мне нужно в магазин, — сказала она. — Здесь не так много всего. Но я могла бы приготовить завтрак на ужин.

— Звучит заманчиво. Чем я могу помочь?

— Налей мне бокал вина. — Она встала на цыпочки, чтобы поцеловать меня в щеку, а затем начала выкладывать ингредиенты на стол. Она как раз разбивала яйцо в миску, когда раздался стук в дверь.

— Кого-нибудь ждешь? — спросил я.

— Нет. Наверное, это кто-то из лоджа. Не мог бы ты открыть? — Она взглянула на свои пальцы, покрытые яичным белком и держащие разбитую скорлупу.

— Конечно, детка. — Я застегнул последнюю пуговицу на джинсах, пересекая комнату, затем открыл дверь.