— Что?

Все взрослые уставились в телевизор.

Пирс схватил пульт со столика и увеличил громкость.

— Что происходит? — Кэл подошел ко мне сзади и положил руки мне на плечи. Затем он увидел экран. — Ой.

Прежде чем он успел выскользнуть, я накрыла его руку своей, прижимая к себе.

— Не смей исчезать.

Рядом с лицом диктора «Э-Эс-Пи-Эн» был снимок Кэла.

— Следующая история сегодня вечером затронет ваши сердца. Многие из вас помнят Кэла Старка, который только что был введен в Зал славы профессионального футбола. Этой весной бывший звездный квотербек «Титанов Теннесси» снова попал в поле зрения прессы, пожертвовав тридцать миллионов долларов на создание спортивного лагеря недалеко от Бозмена, штат Монтана, для детей-инвалидов и детей с неизлечимыми заболеваниями.

Я прислонилась к Кэлу, улыбаясь, пока диктор продолжал объяснять, что лагерь в настоящее время находится в стадии строительства и откроется следующим летом.

Мы уже начали получать онлайн-заявки от детей, заинтересованных в посещении лагеря. Пирс тоже вложил пятнадцать миллионов, и, хотя ему это не нравилось, Кэл звонил бывшим товарищам по команде и коллегам по НФЛ, чтобы они уделили время или пригласили знаменитостей в лагерь.

— Лагерь назван «Лагерь Холлиса Йорка» в честь юноши, который познакомился со Старком через фонд «Загадай желание», — сказал диктор. — К сожалению, Холлис скончался много лет назад, но успел произвести впечатление на Старка. В пресс-релизе Старк сказал, цитирую: «Холлис Йорк был храбрым и добрым человеком. Знакомство с ним было одной из величайших привилегий в моей жизни. Этот лагерь создан для того, чтобы почтить его память и отметить его любовь к спорту.

Мои глаза наполнились слезами, когда я посмотрела на Кэла.

Он с трудом сглотнул и обнял меня за плечи, чтобы притянуть ближе. Затем, прежде чем я успела его остановить, он отпустил меня и убежал на кухню, крича:

— Давайте есть.

Пирс передал мне пульт и последовал за Кэлом. Затем остальные гости удалились, оставив у телевизора только маму, папу и меня.

— Это была твоя идея насчет лагеря? — спросил папа.

— Нет, это была его идея.

Папа переглянулся с мамой, затем встал, пропуская меня на кухню. Он подошел прямо к Кэлу, хлопнул его по плечу и кивнул.

— Горжусь тобой, Кэл. Этот лагерь — отличная идея.

— Спасибо, Дариус.

— И отличная идея — организовать это торжество. Избавить вас с Нелли от хлопот с готовкой. К тому же на этой неделе у нас будут остатки еды.

— Э-э… да. — Кэл посмотрел на папу, потом на меня.

Я улыбнулась еще шире.

— Он хороший человек, не так ли? — спросила мама, подходя ко мне.

— Самый лучший.

Она вздохнула.

— У нас было недостаточно времени, чтобы познакомиться с ним поближе.

— Да.

— Мне жаль. Мы исправимся.

— Спасибо, мам.

Трипп пролетел мимо нас, направляясь на кухню к Кэлу.

— Пап, можно мне шоколадного молока?

Я рассмеялась и подошла к холодильнику, налила сыну молока в его любимую чашку. Затем вернулась в гостиную, чтобы выключить телевизор.

Пара сильных рук обхватила меня, когда я бросила пульт на диван.

— Я тоже горжусь тобой, — сказала я Кэлу.

— Командная работа.

Он рассказал мне о своей идее создания лагеря вскоре после нашей свадьбы, и с того момента, как он озвучил свою мечту, я была рядом с ним, подбадривая его довести ее до конца. Когда-то футбол полностью поглощал его жизнь. Теперь он сосредоточился на нашей семье. Но этот лагерь был для него замечательной целью и возможностью сохранить связь с игрой, которую он так любил.

Я повернулась и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

— Мамочка, мне нужно больше. — Трипп подбежал ко мне, подняв в воздух свой уже пустой стакан.

— Хорошо, малыш. — Я взяла чашку, понимая, что нарываюсь на ссору, потому что наполняла ее водой.

— Нелл. Подожди.

— Да? — Я обернулась и увидела одну из тех улыбок, от которых у Кэла замирало сердце.

— Скажи мне, что ты во мне ненавидишь.

Мы прожили вместе столько лет, а он так и не бросил эту маленькую игру. Мне пришлось проявить творческий подход, поскольку, когда дело касалось Кэла, любила я его гораздо больше, чем ненавидела.

— Мне не нравится, что ты собираешься пренебречь нашими гостями и затащить меня в спальню, чтобы перепихнуться по-быстрому. Это грубо, Кэл.

— И мне даже не жаль.

Я подмигнула.

— Мне тоже.

Кэл

— Нелли! — позвал я из спальни, с грохотом задвигая ящик прикроватной тумбочки.

Где, черт возьми, мои дневники?

Я вышел из спальни и направился по коридору на поиски своей несносной жены-воровки.

— Нелли, — снова крикнул я, не получив ответа. — Черт возьми.

Комната Триппа была пуста, когда я заглянул внутрь. На ковре рядом с лабиринтом оранжевых беговых дорожек лежала стопка «Хот Вилс».

Комната Тринити тоже была пуста и разгромлена. Вместо кукол и нарядной одежды, разбросанных по полу, моя четырехлетняя дочь этим утром соорудила поле для гольфа. Ее пластиковая корзина для гольфа была перевернута вверх дном, а мячи валялись повсюду. Моя девочка любила спорт.

На протяжении многих лет и Трипп, и Тринити проводили со мной недели в «Лагере Холлиса». Футбол. Бейсбол. Баскетбол. Волейбол. Они знали правила каждого вида спорта лучше, чем большинство взрослых. Мои дети, как и я, любили заниматься спортом, и они были наделены природными спортивными способностями.