Йим пробралась через внешние покои на солнечный свет. Затем она так быстро, как только могла, побежала обратно по тропинке. Ужас подстегивал ее больше, чем страх перед преследованием, она жаждала оказаться подальше от ужасов, творившихся в темном здании. Когда Йим наткнулась на ручей, она пошла вдоль него к дороге. Заросли колючего кустарника на берегу оцарапали ей руки и ноги, но она не обращала внимания на боль. Единственное, что ее заботило, – добраться до места, где ее оставил Хонус, прежде чем он вернется с охоты. Она уже подходила к дороге, когда заметила, что он идет по следам, которые, как ей казалось, она умело скрыла.

Понимая, что у нее нет другого выхода, Йим шагнула к ручью, испытывая страх. Затем она позвала:

– Мастер!

Хонус подбежал к ней. Ярость, вытатуированная на его лице, казалось, отражала его истинные чувства. Йим приготовилась к его ударам, но он остановился, не задев ее.

– Так вот как ты отдыхаешь? Предав мою доброту?

– Господин.

– Будь осторожна в своих ответах. Ложь сослужит тебе плохую службу.

– Я... я сбежала, хозяин.

– Я так и думал.

– Но я вернулась.

Хонус обратил внимание на темнеющий синяк на голени Йим, ее кровавые царапины и затаенный ужас в ее глазах.

– Почему? Разве ты не наслаждалась свободой?

– Я изменила свое мнение. Правда.

– Что послужило толчком к этому чуду? – спросил Хонус, создавая впечатление, что у него есть какая-то идея.

Йим выбрала неопределенный, но честный ответ.

– Я не ценила твою защиту, пока не осталась без нее. Теперь я знаю, что с тобой я в большей безопасности.

– А я понял, что ты только мешаешь.

Йим вдруг подумала, что Хонус может бросить ее. Это было гораздо хуже любых побоев, и такая перспектива повергла ее в панику.

– Но я все еще нужна тебе!

– Возможно. Теодус сказал, что я никогда не должен нести свою ношу сам, поэтому я считал, что нуждаюсь в тебе, чтобы ты несла мою ношу.

– Конечно, это не изменилось.

– Носители часто говорят непонятно. Возможно, я неправильно понял его слова.

Йим почувствовала холодок в животе.

– Пожалуйста, не оставляйте меня здесь!

– Я всего лишь Сарф. Не в моих силах перечить своему Носителю.

– Я буду менее капризной, Мастер. Клянусь!

Хонус сделал вид, что раздумывает, прежде чем ответить.

– Смотри, чтобы так и было, – сказал он наконец. Затем он повернулся и зашагал к дороге.

– Иди и возьми мою сумку.

Облегченно вздохнув, Йим захромала за ним так быстро, как только могла.

Хонус и Йим вернулись в разрушенный дом. После того как Йим взвалила на плечи рюкзак, они продолжили свой путь. Йим была потрясена пережитым и находилась в гораздо худшем состоянии, чем раньше. Тем не менее, она упорно старалась не отставать. Довольный ее стараниями, Хонус замедлил шаг, и они пошли рядом. Через некоторое время он решил проверить вновь обретенную покорность Йим.

– Расскажи мне, – сказал он, – что произошло между тобой и матерью Гана?

– Я просто пыталась ее развеселить.

– Думаю, ты сделала нечто большее, – сказал Хонус, внимательно наблюдая за Йим.

– Кто может постичь такой ум, как ее? – ответила Йим. – Возможно, ей помогла мысль, что я ее дочь.

– Что же на самом деле произошло той ночью?

– Я пыталась украсть немного эля. Вот и все.

Хонус продолжал смотреть Йим в глаза. Она не сводила с него взгляда, пока он не отвел глаза и не покачал головой.

– Я не понимаю тебя.

– Тут нечего понимать, – ответила Йим. – Я всего лишь девушка, которая несет твои вещи.

Хонус хмыкнул.

–У тебя ведь никогда раньше не было рабыни?

– Нет. Но я уже нахожу это утомительным.

– Это потому, что владеть кем-то – противоестественно. Тебе следует прекратить попытки.

– Неестественно это или нет, но я жду, что ты будешь мне подчиняться.

– Буду, Мастер, – ответила Йим с кротостью, которую Хонус не находил вполне убедительной.

– Нам нужно терпеть друг друга совсем недолго, – сказал Хонус, как для себя, так и для Йим. – Потом наши пути разойдутся навсегда.

Некоторое время Хонус и Йим проходили мимо уединенных ферм, которые обычно представляли собой грубые лачуги, окруженные каменистыми полями. При виде Хонуса все встречные бежали. После того как дорога поднялась на возвышенность, они никого не встретили. Единственные признаки жилья были древними и давно заброшенными. Хонус покинул дорогу задолго до захода солнца и разбил лагерь. Йим собрала дрова, развела костер и сварила кашу. Хонус не поймал никакой дичи, поэтому вареное зерно стало их ужином. Уставшая, Йим готовила и ела в тишине, а потом уснула, пока было светло.