— Ты, кажется, не поняла главного, — проговорил он. — Твоя дочь уже не считает тебя близким человеком. Она даже не упомянула тебя.

— Вот! Это только говорит, что письмо не могла написать моя дочь! Моя дочь любит меня…

— Мама! — рявкнул Ларс. — Я бы сам так написал, если бы ты ко мне относилась так же, как к Элайне! Я много раз пытался тебе это сказать, но ты же не слушаешь! Элайна моя сестра! Не чудовище, не она! ОНА МОЯ СЕСТРА, МАМА!!! Хватит называть её «она»!

Лейла даже отшатнулась от сына, с таким напором он заговорил.

— Она тебя тоже приворожила…

Ларс взревел и выскочил за дверь, не став слушать. На миг в приоткрывшуюся дверь стал виден краешек платья Ларии, но в комнату она заходить не стала.

— Лейла… — Герцог говорил веско, чеканя каждое слово. — Больше я терпеть твоих выходок не буду. Я тоже устал. Если ты считаешь, что твоя дочь мертва, пусть так и будет. Кажется, сама Элайна с этим тоже согласна. Но перестань уже то волноваться за неё, то шарахаться как от дьявола! Тебе все! Все, и маги, и священники говорили, что она твоя дочь, просто… Смешение душ с астральным близнецом, но она всё равно твоя дочь!

— И ты… — Лейла встала и вышла.

Герцог устало потер виски. Посидел. К сожалению, времени привести мысли в порядок не было.

К ужину Лейла спускаться отказалась. Уже потом Лария отправилась к матери. О чём они там говорили, неизвестно, но девушка вышла спокойная, кивнула отцу, брату.

— Она сама всё понимает, но боится… Папа, прошу, пока не затрагивай эту тему, дай ей немного подумать. — Герцог хотел что-то возразить, но Лария остановила его. — Да-да, знаю, много времени было. Но я про письмо сестры. Оно произвело на маму намного большее впечатление, чем вы думаете. Просто дайте ей время…

А на следующий день заявился старший сын Турий. И не один, а с Юрмией Гарстин. Герцог молча поглядел на девушку, на сына, кивнул и приглашающе махнул рукой. Никаких вопросов задавать не стал. Турий, правда, сам попытался обсудить эту тему, но отец его прервал.

— Как я уже говорил, я ничего не имею против Юрмии. Единственная причина, по которой я не согласился сразу на помолвку — твоё мнение. Потому говорю сразу — разбирайся сам. С моей стороны возражений не будет.

— Хорошо, — не стал спорить Турий. — Я просто хотел объяснить, почему я решил взять её с собой.

— Потому что она так захотела. Узнать тебя поближе и познакомиться с семьей, и не в гостях, а у тебя дома.

— Э-э-э… — Турий даже растерялся. — Вообще-то я её уговаривал…

Герцог рассмеялся.

— Ох, какой ты еще молодой. Не питай иллюзии, сын. Не ты предложил, а она заставила тебя позвать себя. Не недооценивай коварства женщин. Это я тебе с высоты своего опыта говорю. Я вот тоже долгое время пребывал в иллюзии, что это я жену себе выбрал. А потом узнал, что она решила на мне жениться, когда увидела на первом балу у короля. А я ведь там её и не помню.

— А? Ты не рассказывал об этом…

— А зачем? Нет, ребята, приобретайте свой опыт. В этом деле чужой вам не помощник. Как твоя младшая и любимая сестра любит говорить — в каждой женщине есть своя загадка, а ключ к ней пусть мужчины ищут.

— Элайна?

— У тебя есть другая любимая сестра?

— Как много я о ней, оказывается, не знаю.

— Ты еще удивишься, сколько ты о ней не знаешь. Идём, нам с тобой нужно серьезно поговорить. Заодно ознакомлю с ситуацией.

В кабинете герцог довольно подробно объяснил всю ситуацию. Показал письмо Элайны. Турий долго сидел с ним в руке, глядя куда-то вдаль. Отец ему не мешал, что-то писал за столом. Вот Турий поднялся, прошел к бару и плеснул себе в бокал вина, хлебнул. Потом вдруг с силой запустил бокал в стену. Осколки брызнули во все стороны.

— Полегчало? — спокойно поинтересовался герцог.

— Нет. Неужели её нельзя никак оттуда вытащить?

— Может быть и можно. Только она не уедет. Ты сам всё читал. А ещё у меня в столе в верхнем ящике, позже сам там все письма почитаешь, для тебя их собирал, в общем, там все отчеты от графа Ряжского и капитана Дайрса. И все они говорят об одном: если Элайна покинет город, то отстоять его будет намного тяжелее. А город мы должны отстоять любой ценой, иначе катастрофа для герцогства неминуема.

— Вот прямо так? — всерьез удивился Турий.

— Сам потом прочитаешь. Но ты ведь и сам сестру знаешь. Она же там всех на уши, скорее всего, поставила, вечно куда-то влезет, везде будет мотаться, со всеми поговорит, со всеми пошутит. И ты знаешь, как быстро она сходится с людьми. О ней там уже весь город судачит. И что, мол, сама дочь герцога решила защищать город чуть ли не лично в одиночку. Сама Элайна Великолепная.

— Кто? — моргнул Турий.

— А, значит, ты еще не слышал о похождениях этой великой магини, — усмехнулся герцог. — С сестрой поговори, она там с бароном одним что-то секретничают с цехом менестрелей.