– Интрига, - проворчал Шельга, - Кругом интрига. В любой страна, куда ни приехал. Король за тебя - хорошо. Но люди короля рядом нет. Плохо. Герцог скоро догонит. Будешь драться?

– Придётся… Послушай, Шельга. Это, и правда, не твоя война. Я сожалею, что втянул тебя в такое. Я не думал, что герцог пошлёт за мной целый отряд. Думал, спокойно доеду до Тагора… Ты не должен сражаться в этом бою. Если мы разделимся… Если ты свернёшь с тракта в сторону, то они за тобой не поедут.

– Поедут, - покачал головой ювелир. — Земля мокрый. Хороший след. Всё равно догонят. Убьют.

– Не убьют. Им нужен я. Ты же совсем ни при чём. Уезжай. Ты не обязан за меня воевать.

– Ты плохой командир. Добрый. Гонишь от себя два хороший боец. А куда я поехать в этой страна? Где потом работа найти? Чем жить? Ты меня позвал. Я пошел. Ты мне теперь, как синор. Я не люблю война. Но я не трус. Не хочу тебя бросить. Лучше сражаться вместе. Керик меткий стрелок. Его сзади поставь. Я возьму свой нож и чекан. Вспомню, как воевал молодой.

– Спасибо, Шельга, - Жан сглотнул застрявший в горле ком.
– И знай, я тебе не синор, а друг… А как ты… почуял их? Почему приказал Керику лезть на башню и смотреть? Что-то услышал?

– Задом почуял, - Шельга усмехнувшись, похлопал себя по ляжке, - когда сел на земля есть твой тощий похлёбка. Чуял — земля гудит. Я лёг на земля положив свой… - он коснулся ладошкой уха. — Я слышал. Кони скачут. Много. Я сказал Керик, чтобы он посмотрел. И он увидел.

«Чёрт! Я ведь совсем забыл про этот способ узнавать о приближении кого-то. Слушать, приложив ухо к земле! Для любого степняка это совершенно очевидный, всем известный приём!»

– А сейчас они далеко? Можешь сейчас землю послушать?

– Зачем слушать? Керик сейчас видел всадник там, сзади. Их разведка. Один, на лучший конь, быстро едет. Смотреть где мы. Потом сказать другим. Другие идут потом. Я приехал тебе сказать. Готовься. Скоро догонят.

Жан, оглянувшись назад, не увидел на тракте никого, хотя тракт был как на ладони на протяжении почти километра.

– Но мы ведь быстро идём? А их ещё даже не видно.

– Мы плохо идём. Больной, плохой конь. Плохой упряжь. Плохой вьюк. Плохой ездок. Тут никто не понимать, как надо, как ходить долгий поход. Лесные люди, - презрительно скривился Шельга.
– Скоро твой конь будет хромать. Много кто будет хромать. Потом будет падать. Что делать будешь? Когда догонят, где будешь делать бой? Я могу биться верхом. Керик может. А кто ещё? Ты можешь?

– Ну что, рассказал он тебе? — спросил догнавший их Ги.

Жан только кивнул.

– Ругает то, как мы нагрузили лошадей, - Жан поспешил переадресовать Ги полученные от кочевника упрёки.
– И самих лошадей ругает. Плохие лошади. Больные.

– Лучшие из тех дешевых, что были в продаже, - проворчал Ги. — Но он прав. Некоторые уже прихрамывают. Надо искать, где сделать привал, чтобы дать роздых лошадям. Да и людям. Рикард и Тьер весь день, без перерыва, ехать не смогут. Другие тоже устали. Что, если мы остановимся вон там, на холме? Или нет, лучше в лесу… Да, в лесу, куббат меня раздери! Во-он там, видишь, хвойный лес прямо у дороги? Молодые сосны. То, что надо! Повалим их вокруг лагеря, чтобы прикрыться от конной атаки. Отдохнём немного. А если враги так и не появятся на горизонте, двинемся дальше.

***

Добравшись до леса, они свернули с тракта и углубились в одну из небольших, длинным языком вдававшихся вглубь чащи прогалин. Скоро прогалина кончилась. Лес стоял стеной с трёх сторон. Только со стороны тракта между деревьев был проход шириной шагов десять.

– Вот! Лучшего места, чтобы их встретить мы не найдём, - Ги хищно ощерился.

– Такие деревья, конечно, будут мешать всадникам. Но вряд ли их остановят, - возразил Жан.
– Это же не бурелом. Между деревьев можно проехать. Вот стены Цирта, хоть и полуразрушенные, конных задержали бы. А с водой здесь разве лучше? Тут тоже колодцев нет.

– Здесь они не будут нас осаждать. Подумают, что мы лёгкая добыча, и нападут сразу. А мы сейчас станем тяжелой, очень тяжелой и опасной добычей… Хеймо, помнишь Лантскую долину? Делай также, как там. Вали деревья, вот так, - он обвёл поляну указательным пальцем по периметру - чтобы конные нигде не проехали. Вальдо, Хельд, Низам — за топоры! Помогайте ему… Остальные - снимаем всё с лошадей. Стреноживаем. Пусть тут, в тупичке, пасутся. Тьер, Рикард — тащите хворост для костра. Лаэр, вот здесь будем ставить шатёр. Разворачивай его… Палатки ставить пока не будем. Некогда.

– А на шатёр время есть? — саркастически скривил губы Жан.

– Шатёр нужен. Устроим внутри что-то вроде засады. Надеюсь, они не знают, какая у нас с собой гора щитов и доспехов. Вот, подержи шатерный кол, господин, пока мы с Лаэром стропы натянем.

– Похоже, ты придумал, как нам отбиться? — с надеждой в голосе спросил Жан. Он-то никаких хороших перспектив пока не видел, хотя и понимал, что дойти до Тамплоны, прежде чем их настигнут, теперь никак не получится, а это место в лесу уж точно получше, чем открытая всем ветрам дорога.