— Слишком опасно. Извините, я сам. Рабастан ходит в ночные рейды, а потом подолгу спит в своём доме. У меня есть туда доступ. И Кричер вполне может подлить ему сонного зелья в молоко, чтобы тот поспал подольше. Возьму палочку, схожу в банк. Если всё пройдет благополучно, это займет от силы час. Потом к Малфоям, а оттуда — к хижине. И если я всё сделаю правильно, за мной следом явится и В.

— Ему ты тоже напишешь с совой? — скептически поинтересовался Эйдан, который молча офигевал от планов младшего Блэка.

— У Басти на руке метка. Если я заявлю, что знаю тайну В. и собираюсь уничтожить его дом, Рабастан, как хороший слуга, должен будет доложить.

— Но если Басти окажется не таким хорошим слугой, а гораздо лучшим другом и родственником? — спросила Лина, крепко сжимая сцепленные в замок руки.

— Он знает, если промолчит о подобном — умрёт. Никто из тех, кто носит метку, не сможет соврать своему господину. Если только у них нет мощных окклюментных щитов. Но из тех, кого я знаю, ни один не сравнится могуществом с В.

— Я понял, почему ты назвала Рега отбитым придурком, — сообщил Северус. — Полностью согласен с подобной характеристикой. Ему, очевидно, надоело жить, и он решил покончить с собой наиболее извращённым и запутанным способом из возможных.

— И, разумеется, мы в деле, — с энтузиазмом кивнул Эйдан, который, похоже, подцепил общую для всех бациллу безумия. — Я могу подхватить его на выходе из банка, явимся к Малфоям и к Рабастану вместе…

— Ты к Малфоям, а Рег к Рабастану, дразнить лорда? — внесла предложение Лина.

— Эйдан понадобится вам у хижины, чтобы помочь начертить ритуальный круг, у вас будет не так много времени, — отрезал Блэк. — На подготовку всего у нас осталась неделя, а вам на месте ещё зелье варить.

Северус недовольно поморщился, но кивнул, признавая правоту Регулуса. Ритуал пленения чужой души был сложнее, чем связывание, так как проходил против воли волшебника, поэтому помимо ритуального круга требовалось зелье подчинения, которое испарялось, понижая сопротивление. И оно должно было быть свежим.

— Я сварю. Лилс и Эйдан нарисуют круг, и мы будем ждать тебя. С чашей. И лордом на хвосте.

— Напиши список ингредиентов, — буркнул Эйдан. — Я закажу. Доставят всё необходимое, даже если придётся перевернуть вверх дном Лютный.

Разобравшись с обязанностями, оставалось только ждать. С точки зрения Лины, план был похож на крупноячеистую рыбацкую сеть, и в одиночестве она впервые дала волю слезам, прорыдав почти час, надеясь, что после такого не даст слабину и не позволит сомнениям нарушить их планы. В остальном же они были удивительно спокойными, собранными, готовыми к любому, даже самому худшему результату. Это не был экзамен, на кон была поставлена жизнь. В голове, как заевшая пластинка, крутилась строчка песни: "Можно спастись, если успеть, и можно спасти, если вернуть, но в сторону игры на деньги и смерть — хороший человек идёт на войну" [2] .

В субботу, сразу после завтрака Лина крепко обняла Мэри, и, не отвечая на вопросы, убежала. Она взлетела по ступенькам, как на крыльях, и у дверей Выручайки встретила Северуса, который также выглядел максимально серьёзным и собранным. Переглянувшись, они вызвали комнату-хранилище и вскоре запихивали в сумку диадему.

— Читать хочется? — поинтересовалась Лина, на что Северус мрачно оскалился:

— Жить хочется.

И она отзеркалила его ухмылку. Действительно, даже сила крестража отступила перед их внутренними демонами.

У замковых ворот ожидали Регулус и Эйдан, оба предельно официальные, запакованные в мантии, будто собирались с визитом в Министерство.

— Выглядите, как два гробовщика, — попыталась смягчить обстановку Лина, но Эйдан, хмыкнув, поправил:

— Нет, мы выглядим как четыре гробовщика.

В этот раз они даже не стали для вида гулять по деревне. У них не было на это времени. Около Визжащей хижины пришлось разделиться — Кричер забрал с собой Регулуса, как самый младший, он ещё не мог аппарировать сам. У Лины лицензии не было, но аппарировать она умела, и, взяв за руку Северуса, перенеслась по координатам, которые дал ей Эйдан. Эйвери перенёсся сам. Он также не отличался законопослушностью, и научился аппарировать у отца.

Лес вокруг хижины Гонтов радовал густой зеленью, мирно пели птицы, солнце, пробираясь сквозь листву, согревало макушку, но у них не было времени на любование видами. Северус уже доставал из своей сумки походный набор зельевара, принимаясь тут же варить зелье подчинения, а Лина, показав Эйдану схему, вкратце рассказала, чем же они собираются заниматься.

Эйвери минут пять громко и грязно ругался, но после подхватил палочку и принялся выводить на земле руны, торопясь закончить рунную вязь до возвращения Регулуса. Ни один из них не говорил о переживаниях, они просто дико нервничали и работали, заглушая этим внутренний тремор. У Лины всё внутри сжималось. Она не хотела "поглощать" душу Волдеморта, она не хотела рисковать друзьями. Она хотела просто жить, радуясь тому, что её друзья и близкие в безопасности. Но для этого ей нужно было победить Волдеморта. Долбаный замкнутый круг!