— Ух ты, — присвистнул Прохор. — Вот это экземплярчик.

— Уровень «Каппа», не меньше, — подтвердила Ольга. — Может, даже выше.

Алина осторожно подошла к кристаллу:

— А его можно просто взять? Может вообще подождём Макса?

— Мы справимся, — решительно ответил Прохор. — Его просто надо забрать.Также как и любой другой кристалл поменьше.

На лице Алины всё ещё читалось сомнение.

Во всех зачистках, на которые она попадала, химеролог почти никогда не оказывалась в центре в момент уничтожения очага, так что лишь смутно себе представляла, как это всё должно выглядеть.

Но всё-таки Прохор и Алан были опытными чистильщиками, хотя до встречи с Максом их пределом были лишь беты. Но с тех пор многое изменилось.

Калинин решительно схватил кристалл обеими руками, и ничего страшного не случилось. Лишь лёгкая волна энергии прокатилась по пещере.

— Готово, — объявил он, пряча кристалл в специальный экранированный контейнер, который принёс в рюкзаке. — Теперь новые гарпии появляться не должны.

Действительно, атмосфера очага начала меняться. Тяжесть в воздухе рассеивалась, зловещее давление ослабевало. Пускай медленно, но это только начало.

— Возвращаемся к месту падения дракона, — скомандовал Прохор. — Макс должен быть там.

Обратный путь занял больше времени — приходилось добивать разрозненных гарпий, которые ещё оставались в горах. Но без подпитки от кристалла они были слабее и дрались не так яростно.

Наконец они добрались до места падения дракона. Огромная туша лежала среди обломков скал, частично погребённая под камнями и снегом.

— Макс! — позвал Алан. — Где ты?

Ответа не было.

— Может, он уже ушёл? — неуверенно предположила Алина.

— Не похоже на него, — нахмурился Прохор. — Он бы точно подождал нас или пошёл навстречу.

Тревога начала закрадываться в их сердца. Они принялись обыскивать окрестности, заглядывая за каждый валун, исследуя каждую расщелину.

— Здесь! — крикнула Ольга. — Я его нашла!

Максимилиан Рихтер лежал без сознания в небольшой впадине между камнями, всего в нескольких метрах от головы дракона. Одежда была порвана, на лице виднелись ссадины, но дышал он ровно.

— Живой, — с облегчением выдохнул Алан, присев рядом.

— Но что с ним? — встревожилась Алина. — Почему не просыпается?

Ольга осторожно проверила пульс:

— Сердцебиение нормальное. Возможно, просто… перенапряжение? Похоже, что даже ему справиться с такой махиной было не просто..

— А что если он так пролежит несколько лет? — нервно ляпнул Алан, — или даже тысячу… ну, как тогда.

— Не шути так! — возмутилась Ольга.

— Тогда тебе, как наследнице, придётся командовать кланом, — подлил масло в огонь Прохор.

— Я не готова! — запротестовала девушка. — И вообще, прекратите нести глупости! Он скоро придёт в себя! А пока — грузим его на Птера и летим домой.

— Да, да, — согласилась Алина, — там мы сами его тщательно осмотрим, а если понадобится, то позовём Вийонов. Главное, что видимых травм нет, и транспортировка возможна.

Они осторожно перенесли бессознательного Макса к Птеру, который терпеливо ждал на соседней площадке.

— Давай в Рихтерберг! — скомандовал Прохор, помогая закрепить Макса в седле.

Птер расправил крылья и взмыл в воздух. Внизу остались заснеженные пики, мёртвый дракон и воспоминания об одной из самых опасных битв в их жизни.

Но они справились. Очаг был уничтожен, враги повержены, и все остались живы.

Вскоре они уже летели над знакомыми землями, направляясь к Рихтербергу. И вскоре они заметили, как веки Макса слегка дрогнули.

— Ты пришёл в себя! — радостно воскликнула Ольга, едва не набросившись на него с объятьями прямо на Птере.

Однако, первое, что они услышали в ответ от своего учителя было:

— Сейчас же поворачиваем назад! Дракон! Мне срочно нужен дракон!

Когда мы вернулись на плато, где остался лежать поверженный дракон, я едва смог его узнать. За то короткое время, что нас здесь не было, горы основательно постарались похоронить древнее чудовище.

Снегопад усилился, и теперь от огромной туши виднелись лишь отдельные фрагменты — кончик крыла, часть хвоста, несколько торчащих рёбер. Всё остальное скрылось под толстым слоем снега и наледи.

— Ничего себе, — присвистнул Прохор, оглядывая заснеженный курган. — А я думал, дракон большой. Оказывается, не просто большой, а настоящая гора!