— Алименты на ребенка, да. Я просто бережливая.

— Он не платит тебе алименты?

— Я бы не стала этого делать. Почему у тебя такой удивленный вид?

— Вы были женаты двадцать лет. У вас общий ребенок. Он должен заботиться о тебе.

Я опускаю взгляд на свое вино, темное, как засохшая кровь.

— Когда Ник дает кому-то деньги, у него есть много условий. Он чувствует себя вправе распоряжаться твоим временем, твоим пространством, всем, что у тебя есть. Я видела, как он относится к музыкантам, с которыми подписывает контракты. Я не хотела, чтобы он чувствовал себя собственником по отношению ко мне после развода.

Картер обнимает меня за плечи и притягивает ближе к себе. Он задумчиво делает глоток вина, а затем решительно заявляет: — Мне действительно начинает не нравиться этот парень.

— Ты говоришь так, будто планируешь, где спрятать его тело.

— О, это точно не я. У меня для этого есть помощники.

— Очень забавно.

Он бросает на меня косой взгляд, улыбается и делает еще один глоток вина.

Какое-то время мы смотрим в огонь, пока он вдруг не произносит: — Деградация.

— Прости?

— Как ты думаешь, тебе бы понравилось? Если бы я обзывал тебя во время секса.

— Я не знаю. Приведи мне пример.

— Как если бы я сказал, что ты моя маленькая грязная шлюшка, пока мой член у тебя во рту.

Я обдумываю это, а потом начинаю смеяться.

— Честно говоря, это могло бы быть по-разному. Может, мне это понравится, а может, у тебя будет синяк под глазом. Тебе бы это понравилось?

— Для меня это жесткое «нет».

— Тебе больше нравится, когда я тебя хвалю. — Мы обмениваемся взглядами и улыбками. — Но тебе нравится, когда тобой командуют.

Картер пожимает плечами.

— Мне нравится, когда ты это говоришь. Это кажется естественным. — В его взгляде появляется огонь. — Думаю, нам обоим также понравится, когда мы поменяемся ролями. У конюха самые разные планы на симпатичную влажную киску ее светлости.

Эти слова такие чувственные, что от них у меня учащается пульс, а желудок сжимается.

Наблюдая за моим выражением лица, Картер говорит: — Грязные разговорчики – это твое, да?

— Очевидно. — Я обмахиваю лицо и смеюсь. — Вау.

Он наклоняется и шепчет мне на ухо: — Я хочу ласкать твою сладкую влажную киску, пока ты не начнешь умолять меня дать тебе мой твердый член. Затем прижму тебя к себе и буду жестко трахать, посасывая твои пышные сиськи.

Мои соски напрягаются. Внутри у меня все сжимается. По рукам и ногам пробегают мурашки. Восхищаясь ими, я поднимаю руку и показываю ему.

Картер усмехается.

— Победитель, победитель, ужин с курицей14. За грязные разговорчики.

Мы чокаемся бокалами.

— И за то, что ты меня удерживаешь. Мне тоже нравится эта идея.

— Да?

— О да. Большое спасибо. Возможно, я непроизвольно сделала упражнение Кегеля.

Он рычит: — Боже, я не могу дождаться, когда почувствую, как твоя киска сжимается вокруг моего члена, когда я буду трахать тебя.

— Хорошо, вау.

— Что?

— У меня горят уши, и я начинаю потеть. Ты меня просто убиваешь. И, может быть, я буду той, кто тебя трахнет.

Картер утыкается носом в мою шею, затем нежно посасывает мочку моего уха. Его горячее дыхание касается моей кожи, и он шепчет: — Да? Ты собираешься надеть страпон и трахнуть меня в задницу, детка?

Если бы на мне был кардиомонитор, он бы показал, что у меня сердечный приступ. Бедняжка бьется так быстро и сильно, что это причиняет боль. Мысль о том, чтобы вот так надругаться над ним, одновременно отвратительна и возбуждает. Я не могу представить, что когда-нибудь сделаю что-то подобное, и все же…

Могу.

Очень живо.

К счастью, мне не нужно отвечать на этот вопрос, потому что Картер завладевает моими губами и жадно целует меня.

Возбужденная и затаившая дыхание, я выгибаюсь навстречу ему, жалея, что у меня в руке бокала с вином, потому что я хочу провести своими жадными маленькими ручонками по всему его телу.

— А как насчет игрушек? — спрашивает Картер, на мгновение отрываясь, чтобы снова уткнуться носом мне в шею. — Вибраторы? Фаллоимитаторы? Кольца для члена? Жгуты? Анальные шарики? Украшения для сосков?

— Боже милостивый, я встречаюсь с сексуальной энциклопедией.

— Да ладно, я знаю, что у тебя, по крайней мере, есть вибратор. Ты мне об этом говорила. Какого он размера? Какого цвета? У него есть имя?

— Имя?

— Да. Девушка, с которой я встречался, назвала вибратор мистер Биг.