Марго, брат, родители — всех заверяю, что в порядке. Новая временная работа помогает и так далее. Хватит уже мучить друзей своими проблемами. (*продолжаем мучить только читателей - прим. автора)

Легкомысленный свитер дает плоды: я отказываю двум мужчинам, предлагающим оплатить мой коктейль. Не хочу знакомиться. Отторжение. Все кручу телефон в руке, сочиняя переписки с Савелием. Дура, но и наступать себе на гордо не хочется. Не уверена, что клин клином — это мой выход.

Я уже собираюсь попросить счет, как вдруг мобильник вибрирует, и на экране появляется имя: «Дождиков».

– Илья, привет! Честно - не ожидала, - даже и не собираюсь скрывать удивления.

– Привет, Саша! Как ты?
– взволнованно. Я успела накидаться или он действительно говорит без ехидства?
– Справляешься?

Не торжествует вроде бы, поэтому признаюсь честно:

– Так себе. Виделась сегодня с Валерием Георгиевичем и Эриком (бывший муж и сын Савенко).

– Не завидую. Как они?

– Переживают. Даже Валерий Георгиевич включился, хотя они давно конфликтуют. Всем ее жаль.

– И тебе?

– Мы столько лет работали вместе, я каждый день про нее думаю.
– Говорю чуть тише: - Она дала мне блестящую характеристику, представляешь? Сказала следователю, что «ее девочка» безупречна.

Слезы жгут глаза.

– Это же и так правда.

– Думаешь?

– Поговорим, Саша?

– Есть о чём? Или, - меня осеняет: - твой тесть что-то выяснил, что может помочь?!
– едва не подскакиваю с места. Он поэтому звонит!

– Не по телефону.... Слушай. У меня сегодня первый рабочий день в качестве судьи.

– О, поздравляю. Отмечаете?

– Есть такие планы. Присоединишься?

Праздник — отличный повод переговорить с прокурором. И конечно, я соглашаюсь.

Блестящий чистотой китаец Дождикова выруливает из-за поворота через час. К тому времени я успела выпить стакан минералки, оплатить счет, выйти на улицу и даже замерзнуть. Когда машина останавливается, дергаю ручку задней двери.

– Садись вперед, Саш.

– Я думала, впереди Кристина. А, это всего лишь куртка.

– Сейчас уберу ее... прыгай.

Едва закрыв дверь, понимаю, как много накопилось вопросов:

– Ну что, какие новости? Как вообще в суде дела? Как Кристина? Не молчи, мне интересно все!

Он смеется, и я тоже улыбаюсь. Машина трогается.

– Извини. Сто лет никого не видела из наших, а кого видела — те шарахаются.

– Я тоже соскучился.

– Я не говорила, что соскучилась, - тоже улыбаюсь.

– Не обманывай себя: ты жить не можешь без нашего арбитража и наших с тобой перепалок в частности.

– Точно. Теперь мне и правда кажется, что скучала.

– О, ещё как! Расскажи подробнее, как там Савенко? Что говорит муж?

Мы обсуждаем бывшую судью всю дорогу. В какой-то момент начинаем вспоминать общие забавные моменты, которых за столько лет накопилось бессчетное количество. Возвращаемся к работе. Время летит.

Оказывается Илье дали неплохого молодого помощника, я его знаю — славный парень. Стараюсь искренне порадоваться за новую команду. У меня получается, честно. На самого Илью тоже приятно смотреть — хорошо одет, модно подстрижен, приятно пахнет.

– Должность тебе идет, - говорю, когда он паркуется у своего дома.

– Спасибо. Тебе бы она пошла не хуже.

– Да ладно. Мои приоритеты давно изменились: теперь приходится молиться, чтобы не попасть за решетку.

Поднимаемся на лифте. Я натягиваю приветливую дежурную улыбку для Кристины, ее родителей и всех, кто приехал отмечать первый рабочий день новоявленного судьи. Надеюсь, они не будут так уж сильно от меня шарахаться. Да и я ненадолго.

Илья открывает дверь, мы заходим в прихожую, и я растерянно развожу руками.

– А где все?

– Проходи скорее. Ты же еще не была у меня? Все покажу.

Указывает жестом в сторону просторной кухни-гостиной. В которой, едва мы заходим, начинает суетиться у холодильника:

– Итак, у нас есть немного роллов, салат с курицей! Могу порезать сыр.... какой-то тут лежит. Вроде бы авторский. Что ты любишь, кстати, с вином? А, у нас есть конфеты!!
– достает из шкафа пару коробок дубайского шоколада.

К этому времени несчастный коктейль с ромом окончательно выветривается из моей головы, и я повторяю вопрос: