Шрифт:
— Да? Жаль…
— Спасибо за науку, — горько сказал Ки Шо. — Теперь я знаю, что мошенники прячутся за самыми обаятельными улыбками. Конечно, не деревенскому простачку тягаться с городским жуликом в хитрости. На тебя ведь даже инспектору не пожаловаться. Ты действительно сделал то, что обещал. И я даже уверен, что заранее договорился с устроителем боев, чтоб выставить клоуна на потеху публике. Наверно, еще и заработал на этом?
Ичи застенчиво потупился. Потом поднял голову и ухмыльнулся.
— Зато я — добрый! — заявил он невинно. — Какими чудесными колбасками мы с тобой питались, а?
Ки Шо невольно улыбнулся. Да, колбаски были замечательные.
— И погляди, что я достал! — похвастался Ичи. — Плащ из шелка, пропитанный соком особых деревьев! Он совсем не промокает, малыш! Крайне нужная вещь в дороге, особенно в сезон дождей! В любом месте ты будешь ночевать в сухости и тепле! И если у тебя найдется еще монета, я и тебе…
— У меня нет больше монет, — улыбнулся Ки Шо.
М-да? Печально… Ну, тогда держи свое одеяло. Кстати: «добрый» на языке варваров с восточных островов звучит как «зато». И… прощай, малыш. Я вообще-то думал привлечь тебя к своим делам, но ты не подходишь.
— Совсем никудышный? — криво улыбнулся Ки Шо.
— А? Нет. Честный. Неподходящее для моей профессии качество. Этим ты, кстати, напоминаешь мне Семерых Непобедимых, они тоже были…
Ки Шо поднял голову. Ичи бесследно исчез. Вроде только что стоял рядом, болтал — и вот его нет. Просто чудо какое-то.
— Прощай, Добрый Ичи, — вздохнул Ки Шо.
Как ни странно, он жалел о расставании с ним. Ичи, в отличие от многих, рассказывал Ки Шо немало интересного, и если и врал о Семи Непобедимых, то врал так, что поневоле задумаешься кое о чем.
— Добрый Ичи? — вдруг рявкнул над Ки Шо свирепый голос. — Ты знаешь Добряка Ичи?!
Глава 5
Следующий наставник
— Так ты знаешь Ичи? — нетерпеливо повторил над ним голос.
Ки Шо поднял голову и обомлел. Над ним грозно нависал рыночный стражник Бешеный Чу! В вышитой рубашке с эмблемой школы Стального кулака на груди, с дубинкой на поясе, в тяжелых боевых сапогах! Такой взглядом убьет!
Еще вчера он простодушно признался бы, что да, знаком с Добряком Ичи. Да даже сегодня утром… но сейчас он только осторожно сказал:
— Ну кто же не слышал о Добряке Ичи?
— М-да. В этом и проблема. Все слышали, но никто не видел! — проворчал с досадой Бешеный Чу и устало опустился рядом с Ки Шо на корточки.
— А его настолько необходимо увидеть? — крайне осторожно поинтересовался Ки Шо, помня, что перед ним Бешеный Чу. Существо, которое лучше не злить.
— Ну, не знаю, как тебе, а мне за его голову дадут сто нефритовых монет — и это под твердые гарантии имперских инспекторов.
— Ого! Что же он такое страшное совершил?!
— А ему не надо совершать. Достаточно того, что он последний выживший мастер монастыря Чангеш. Он там насовершал на десять казней, куда еще больше?
— Монастырь Чангеш? — беспомощно повторил Ки Шо.
— А, ты же деревенский. Лучезарный Далинь — слышал про такое?
— Кто же про него не слышал! — вырвалось у Ки Шо.
— Так вот, всякие деревенские дураки сейчас подзабыли, но изначально Далинь — так гора называлась. Не монастырь — гора. Потому и лучезарный, что ближе к солнцу. А монастырь боевых монахов назывался Чангеш. И вообще там этих монастырей несколько было. Вот и стали их все вместе называть «Лучезарный Далинь». А Добряк Ичи одним из лучших там был.
— Но это же все происходило очень давно! — воскликнул Ки Шо.
— Да не так уж давно. Мой отец там погиб. И оба дяди. Но потом, конечно, по указу императора стали писать, что и Далинь, и Семеро Непобедимых разбойничали чуть ли не в эпоху Первого императора. Всякие дурачки верят. Но кому надо, те помнят правду.
— А как он выглядит, этот Добряк Ичи? — с замиранием сердца спросил Ки Шо.
Стражник коротко хохотнул:
— Ну, если б я знал, сам бы его и поймал, тебя бы не спрашивал!
Внезапно Бешеный Чу сделался подозрительным.
— А ты чего все спрашиваешь, мелкий? От кого, ты говоришь, слышал о Добряке Ичи?