— Твоя жертва принята. — Кивнул Чернобог, бережно принимая в свою ладонь крохотное зерно, — Она поможет твоему названному родичу.

Чернобог кивнул Белобогу, тот зеркально повторил жест божественного брата — близнеца и исчез в потоке света. Чернобог повернулся к Боярскому:

— Пойдем, князь, пора развоплотить одну тварь… Или, как ты тогда сказал? Надрать ублюдку задницу?

Боярский расплылся в довольной улыбке.

РИ, Санкт-Петербург, набережная Обводного канала, дом 76, литера В, медицинский лазарет императорского двора , в тоже время

Медсестра услышала срабатывание аварийного датчика за спиной. Быстро обернувшись, она увидела, что в двадцать седьмой палате у пациента остановилось сердце.

Кинув взгляд на таблицу, в которой напротив номеров палат были указаны фамилии и инициалы пациентов, она схватила трубку телефона и набрала номер ординаторской, расположенной этажом ниже.

— Граф Волков Аристарх Прохорович, остановка сердца, время…

Закончив доклад она тут же сорвалась со своего места и побежала в двадцать седьмую палату.

Залетев словно метеор, девушка тут же скинула одеяло с пациента, расстегнула больничную пижаму и начала массаж сердца. Спустя еще минуту, как примчалась девушка, в палату влетела вся дневная дежурная смена, состоящая из пяти врачей во главе с заведующим лазаретом, Виктором Валентиновичем Балошиным. Врачи тут же ринулись к Волкову.

— Время? — Тут же задал вопрос Балошин, стоило девушке остановиться и сделать два шага от койки пациента, поменявшись с одним из врачей.

— Восемьдесят две секунды. — Тут же ответила она.

— Принял, бегом за адреналином! — Скомандовал завотделением, и медсестру сдуло ветром из палаты.

— Схема три, второй вариант, начинает Копылов, работаем! — Скомандовал Виктор Валентинович.

Один из врачей уже наложил мешок Амбу — маску для сердечно-легочной реанимации, второй начал массаж сердца, а третий, единственный обладатель крупных очков в роговой оправе, уже формировал импульс жизни. Стоило аркану окончательно оформиться, целитель тут же погрузил его в грудь графа. Датчики выдали три удара сердца, и снова поползла ровная линия. Второй и третий врачи также выдали по импульсу — результат повторился. Балошин скрипнул зубами и, сформировав свой аркан, погрузил его в грудную клетку пациента. Сердце Волкова выдало четыре удара, и снова по палате пополз противный писк, сопровождающий ровную линию пульса…

— Второй круг! — Скомандовал Балошин, и врачи начали повторять всю процедуру. Сердце графа Волкова выдавало несколько ударов на каждый импульс и снова останавливалось. Балошин искренне не понимал, почему так происходит, но продолжал реанимационные мероприятия…

— Третий круг! — Снова скомандовал Виктор Валентинович.

К концу третьего круга вернулась дежурная медсестра со шприцом в руке.

— Коли! — Скомандовал Балошин, как только погрузил свой, третий по счету, аркан в грудь графа.

Медсестра тут же ввела ударную дозу стимулятора в тело старого графа.

— Четвертый круг!

Реанимационные мероприятия продолжились, но и сейчас результата не было. Балошин скомандовал начать пятый круг, хотя и сам уже понимал, что пациента им уже не вернуть. Даже сердце уже не отзывалось на применение арканов… С окончанием пятого круга реанимационных мероприятий Виктор Валентинович остановил всю бригаду, подняв руку.

— Отставить, господа. Зафиксируем время смерти… — Балошин повернулся к часам, висящим на противоположной стене, но его прервала дежурная медсестра со второго этажа.

— Виктор Валентинович! Виктор Валентинович! Там такое… — Женщина остановилась в дверном проеме, поняв, что ее улыбка и веселый голос сейчас абсолютно не к месту. Она увидела посмурневшие лица реаниматологов, стоявших вокруг графа Волкова и замолчала, так и не закончив фразу…

— Что еще случилось?! Кто-то еще умер?! — Повернулся к ней резко Балошин и говоря чуть выше, чем были нужно.

— Н-н-нет, Виктор Валентинович, там у Кобылиных и Волконских пришли пациенты в себя. — Ответила женщина, переведя взгляд на Балошина.

— Кто именно очнулся? — Балошин с усталостью провел рукой по лицу.

— Так все четверо и очнулись… Князья… и наследники… — Пожала плечами она.

— Ну хоть какие-то хорошие новости… — Выдохнул Виктор Валентинович.

РИ, Пустошь Куршская Коса, прибрежная полоса, в двух километрах от поселка Рыбачий

— Я повторяю, Чернобог, что ты здесь делаешь? — Прорычал Декарабия, опуская подбородок к груди и выставляя вперед вторую пару рогов, словно собираясь бодаться с Главой Темного Пантеона как горный козел.