По губам главы рода Боло скользнула одобрительная усмешка.

Разумеется, он отслеживал деятельность своих детей. Как внутри клана, так и вне его, возможностей была масса.

И если старшие не впечатляли, то младшая дочь однозначно пошла в него. Мозги у нее работали и вертеть окружающими, как ей нужно, она уже умела. Не в совершенстве и не на том уровне, который устроил бы главу клановой разведки, но талант налицо.

Если бы еще не ее характер…

— Соблазняла? — насмешливо поинтересовался глава рода Боло.

Валери посмотрела на него, как на идиота.

Вот поэтому и не будет у нее ни карьеры, ни перспектив, ни будущего, в очередной раз вздохнул глава рода Боло. Мать испортила девчонку своими «высокими принципами». А он не уследил.

— Виктор оказался единственным нормальным аристократом на весь клан, — холодно сообщила Валери. — Он ни разу не делал мне никаких грязных намеков. Не выспрашивал ничего недопустимого. Просто ставил четкие задачи и проверял их выполнение. Все очень банально. К твоему сожалению, отец.

— Скоро этого «нормального аристократа», — передразнил ее глава рода Боло, — в клане не будет.

— Скоро, пожалуй, и меня в клане не будет, — в том же тоне заявила Валери.

Глава рода Боло даже не сразу понял, что она сказала. Пару секунд молча смотрел ей в глаза, а потом осознал и сорвался:

— Неблагодарная дрянь! Ты думаешь, я тебя растил и учил, чтобы отдать какому-то сопляку?! Мало того, что ты приказы выполнять неспособна, так ты еще и сбежать вознамерилась? И к кому?! К нищему отщепенцу?!

— Лучше быть человеком рядом с нищим отщепенцем, чем бесправной вещью в руках родичей, — тихо сказала Валери.

Она прямо смотрела в глаза отцу и не собиралась отводить взгляда. Дай она сейчас слабину, опусти глаза, и у него, может, и проснулись бы какие-то отцовские чувства.

А так глава рода видел только вызов в глазах упрямой пигалицы, которая даже не отдавала себе отчета в том, что не выживет в одиночку во внешнем мире.

— Да катись, куда хочешь! — в сердцах рявкнул глава рода Боло. — Чтобы к полудню ноги твоей не было в моем доме!!

Он сам вздрогнул от накала своей ярости и мгновенно взял себя в руки.

Но было уже поздно. Слово сказано.

А еще он с удивлением увидел, как на губах его дочери расцветает откровенно довольная улыбка.

— Благодарю, отец, — картинно склонила голову она. — Этот твой приказ я выполню с удовольствием.

От изумления глава рода Боло даже не нашелся сразу, что сказать.

Валери не стала дожидаться, пока он придет в себя. Она тут же встала с кресла и быстрым шагом вышла из его кабинета.

Тахир заехал за мной вовремя. Машину он взял напрокат, и его выбор был удачным. Строгий черный седан, мощный, тихий, комфортный. Не премиум-класс, но и не дешевая модель.

Самое то для аристократа, который не намерен пускать пыль в глаза.

Я и одет был соответствующе: летний светлый костюм с белой рубашкой, мягкие белые туфли и одно-единственное украшение — статусный перстень с буквой «П», который означал ранг Профессионал.

Ранговые перстни были необязательны к ношению, на обычных приемах редко кто щеголял таким перстнем. Правда, обычно и так все про всех знали. Считалось хорошим тоном приходить с перстнем в незнакомую компанию, чтобы сразу показать себя. А также надевать перстень на первые несколько приемов сразу после взятия нового ранга.

Однако было исключение: на ранговые экзамены с перстнями приходили все, включая виновника торжества. Ему этот перстень заменяли на новый после прохождения экзамена. Остальные гости — не знаю, из солидарности, видимо.

Перстни были, можно сказать, именными.

По сути, это артефакты, которые настраивались на владельца. Не знаю, как именно, мой предшественник такими вещами не интересовался, к сожалению. Только знал, что чужой перстень надеть невозможно.

Все ранги обозначались первыми буквами, за исключением Владыки. У того на перстне был знак бесконечности. Пафосно и лживо, если ранг Абсолют все-таки не миф. Но самолюбие греет, это да.

До Имперской площади было недалеко, расстояние двух станций метро мы даже по утренним пробкам проползли за двадцать минут. Без десяти десять гвардеец уже парковал машину на центральной стоянке.

Я сразу понял, что мы приехали рано, парковка была еще практически пуста.

Отпустив Тахира на ближайшие два часа, я вошел в подземный переход, который вел к зданию ранговой комиссии.

Здесь все было оформлено поскромнее, чем у Имперской канцелярии, но чувствовался тот же размах и склонность к гигантизму. Одни потолки высотой метров пять чего стоили.